Автор
В глубинах невиданных лабиринтов мироздания, известны вещи даже близкие не подозревают. Когда сама Надя влюблена в секретный Змеиный мох, а его обнаружил даже не он сам, кому оставаться вне игры? Это история любви и заговоров, где каждый шаг может быть последним.
Я стояла, держась за столбик нар, и смотрела, как он снимает простыню, переворачивает матрас. Постелив на него снятый с одеяла пододеяльник, провел ладонью по моей спине.
- Ложись!
Я легла и повернулась к стене. Он укрыл меня одеялом, наклонился, поцеловал в висок.
- Спи, уже четвертый час. Все хорошо…
- Не уходи! – попросила я жалобно.
В ответ тишина. Секунда, вторая, третья… Потом он откинул одеяло, лег со мной рядом, тесно прижавшись и положив руку на бедро: нары были как узенькая односпалка. И как же это оказалось приятно - чувствовать его тепло всем телом.
И как жаль, что…
Но эту мысль додумать я не успела, потому что провалилась в сон.
=14
Я открыла глаза и в первую секунду оказалась словно за пределами реальности.
Кто я, где я, и какой на дворе год?
Голова раскалывалась от боли, все тело ломило, как будто отпахала тренировку в спортзале после долгого перерыва. Ниже пояса тоже было как-то… некомфортно. А одеяло почему без пододеяльника?
И тут же все вспомнила.
О господи…
В каморке было относительно светло – это означало, что время к обеду, а на небе солнце.
И я все-все помнила. С того момента, как он постучал в дверь, и до самой последней минуты, когда уснула рядом с ним.
Нет, стыдно не было. Вот ни капли. Как ни странно. Ни за то, что выложила о себе все до самого днища, ни за то, что повисла на шее и утащила в постель. Потому что секс получился…. Мда, такого у меня никогда не было. Даже близко. И… вряд ли еще когда-нибудь будет. Вот в этом и была загвоздка. Ляжешь потом в постель с мужчиной и станешь думать: как, и это все?!
Так, ладно, хватит.
Выйдя на террасу, я остановилась. Солнце действительно стояло почти в зените, но трава так и не просохла – мелко серебрилась, и над ней висела легкая дымка. Прежде чем я бросила взгляд через проезд, в голове молнией промелькнуло: а может, все-таки не уехал? Но Тахо на земляничной поляне не было.
