Питер Фонтен, мечтающий о свободе, попадает в плен и становится частью торгового каравана. Его судьба меняется после встречи с бандитами и участием в бесправном рабстве. Могучие колдовские силы вмешиваются в его приключения.
После этого его пропустили внутрь, и дежурный капрал проводил его до совещательного зала, где и находился командовавший всеми прибывающими подкреплениями герцог Хотторн.
Герцог оказался высоким седым человеком лет шестидесяти. Он выслушал доклад капитана, произведя на него хорошее впечатление. Видимо, в такую глушь из столицы его выслали за какую-то провинность, выгнали, но доверили важнейшую цитадель на границе с неспокойными провинциями.
– Завтра утром я уже составлю для вас приказ, капитан, а пока – на словах. Вам надлежит выдвинуться далее на юг, до городка Арум, это два дня ходу. Дороги охраняются нашими постами, такого безобразия, как вы описывали, там нет. В Аруме остались арсеналы, здесь же мы все уже истратили.
– Разрешите вопрос, ваша светлость…
– Чего нам ожидать? К чему готовиться?
– Сейчас из-за Тивира рвется мурпаза Эльдерсай с двадцатью тысячами всадников, это передовой туранский отряд. Берега Тивира лесисты, поэтому пока там успешно действует полковник-барон Литвар, у него пять тысяч пехоты и шесть сотен сборной кавалерии. К сожалению, ему приходится отбиваться и от летучих карсаматских отрядов, которые проникли на побережье, чтобы соединиться с туранскими войсками. В Аруме вам дадут более полную информацию, сюда она приходит с опозданием.
– И последний вопрос, ваша светлость.
– Полагаю, что самый неприятный для меня, – грустно усмехнулся герцог.
– Ночью на нас напала какая-то тварь… В темноте утащила лошадь.
– Да, ваша светлость.
– Где это произошло?
– На холмах, в одном дне пути.
– Да, я знаю, где это. – Герцог обернулся и позвал: – Мессир Агеллон!
От группы беседовавших у стола военачальников отделился человек с длинными волосами и в черном просторном одеянии, из украшений на нем был только оправленный в белое серебро крупный фиолетовый камень на серебряной цепи. Борода и усы подошедшего были подстрижены и завиты, как у дворянина, однако глаза выдавали человека, далекого от утех светской жизни.
– Мессир, это капитан фон Крисп, у него есть что вам рассказать, а я пойду.
– Говорите, – негромко произнес Агеллон, когда герцог ушел.
– Мессир, я видел, как пробудилось кладбище огров.
– Так точно, мессир.
Агеллон вздохнул и понимающе кивнул.
– Когда-нибудь это должно было случиться, нельзя на таком месте устраивать постоялый двор. Что вы видели?
– Там был огонь, такой яркий, что слепило глаза. Он полыхал, словно карстовая соль в пламени, а раскаты грома были такими, что дрожала земля.
