– Сколько тебе лет, Питер? – Ее руки скользнули по его телу.
– Не надо, мэм, я не умею! – сделал он отчаянную попытку вырваться.
– А тут и уметь нечего, – властно произнесла она, не отводя от лица Питера гипнотического взгляда, затем быстро и умело его оседлала. Двинулась раз, другой и прошептала: – Молоденький, такой молоденький… – Потом сняла через голову платье. – Я красивая, Питер?
– Д-да, мэм, – задыхаясь, ответил он.
– Я тебе нравлюсь? – Она мурлыкала словно кошка, ритмично двигаясь и не давая Питеру отвести глаз.
Вскоре все закончилось, Ирма слезла с Питера и легла рядом, прижав его голову к своей большой груди.
Он лежал опустошенный и счастливый. Война, на которую он спешил, колонна – все это было бесконечно далеко, Питер блаженно улыбался.
Снова загоготал в доме Гудьир, потом что-то прокричал и стал говорить тише.
– Не обращай внимания, он плохой человек, черный, его руки по локоть в крови.
– Забудь о нем, он скоро умрет.
– Умрет? – Питер приподнялся. – А ты откуда знаешь?
– Иногда гадаю, иногда ворожу, а иногда выхожу на дорогу к солдатам.
– Но это же… аморально?
– Значит, Гудьир не жилец?
– Не жилец, – подтвердила Ирма.
– А что меня ждет – рассказать можешь?
– Тогда скажи – я иду на войну, хотелось бы знать.
– Ну хорошо, слушай…
В этот момент послышался топот, и к дому Ирмы прискакали не менее десятка всадников, жалобно скрипнул поваленный ими забор.
– Где эта ведьма?! Не будь я сэр Хендрикс, если не повешу ее собственными руками!
– Да сдалась она вам, сэр Хендрикс, мало других дел?
– Она оседлала сэра Рутгера, и теперь у него все распухло! Эта ведьма намеренно наградила его болезнью! Выходи, потаскуха, я вздерну тебя, как драную кошку на заборе!
– Не верь ему, я тут ни при чем. – Ирма подхватила платье и отбежала к дальней стене, где была потайная дверца. – Хендрикс еще потеряет сам себя за эти наговоры – старый лжец!
Она распахнула дверцу, последний раз блеснуло ее роскошное тело – и все, темнота.
Питер вскочил и начал лихорадочно завязывать на штанах веревку.
– Сэр, ее нигде нет! – донеслось со двора.
– Посмотри в сарае, Эдвард, небось ублажает там еще кого-то! И жгите тут все! Жгите!
Питер стоял у самых дверей, но боялся выйти. Что он может сказать этим неизвестным? Хорошо хоть не карсаматы, но насколько хорошо?..
Распахнулась дверь, и на Питера уставился человек в кольчуге и круглом шлеме. У него была рыжая борода, бесцветные брови и ресницы.
– Выходи! – приказал он, наставляя на Питера меч.
