В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
— Он очень хороший целитель и…
— Да на кой черт мне целитель?! — возмутилась блондинка, застыв посреди комнаты и негодующе глядя на меня. — Мне гримуар твой нужен был! Чтобы приворожить мерзавца, который решил меня бросить.
— О! — выдохнула я, прикрыв ладонью рот. Оказывается, у Тиль пострадала вовсе не девичья честь, а девичье же самолюбие. Ну, это не страшно. И, немного расслабившись, я проговорила: — В любом случае, Клотильда, брать чужие вещи без спроса нехорошо.
— Ты мне еще мораль почитай! — огрызнулась собеседница, как-то странно поглядывая на… мою руку.
— А чем твой лорд объяснил свой поступок?
— Необходимостью покинуть снежное крыло вместе с отбывающим восвояси эррисаром тьмы!
— И когда они все уезжают?
— Утром! У меня всего-то несколько часов было, чтобы приворожить этого скользкого гада, я пришла к тебе за помощью, хотела попросить на время волшебную книжку, а ты… где ты шлялась всю ночь, Гертруда?!
«На тренировке», — подсказал молчавший доселе Чарчис, и я, как попугай, повторила его слова.
— А колечко обручальное тебе дух часов надел… на тренировке? — ехидно поинтересовалась девушка, сверля меня завистливым взглядом. — Не морочь мне голову, сестричка, — рявкнула она, хмуря тонкие брови. — Я не вчера родилась! Признавайся, кого из снежных красавчиков захомутала?
— Я не…
— Кто?! — шагнув ко мне, Клотильда нависла надо мной подобно тому, как недавно нависал над ней Ласкар.
«Вот же неугомонная! — возмутился Чарчис. — Скажи, что не ее это дело».
Но вместо того чтобы послушаться, я ответила:
— Гидеон. — Прозвучало как предупреждение, ибо сестрице, вновь вышедшей на охоту за женихами, я не доверяла.
«Ну что за бестолочь, — раздосадованно вздохнул дух. — Теперь что хочешь делай, но заставь ее не трепаться, — проворчал он. — Нам лишние передряги не нужны, у нас испытания на носу!»
«Знаю, — ответила ему мысленно, — помолчи, и я все улажу».
А гостья дернула плечом, обдумывая полученную информацию, после чего с легким пренебрежением выдала:
— Этот, конечно, не красавчик, но замок у него хорош, да. Легкая добыча, Труди. Уверена, что он долго не сопротивлялся, с его-то физиономией…
— Тиль! — возмущенно воскликнула я, вставая с кровати, чтобы быть лицом к лицу с сестрой. — Не смей о нем так говор-р-рить, — рыкнула, глядя ей в глаза.
— На правду не обижаются, — парировала блондинка.
