В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
— Помнишь, какой-то пьяный гость желал произнести поздравительную речь, непременно стоя на возвышении, и с этой целью полез на мачту телевизионной антенны! И жильцы двух подъездов, лишившиеся телевещания, материли нас, задрав к небу высунутые в окошки головы!
— А под конец шоу лифт с юбиляром застрял между этажами, и застоявшимся спасателям нашлась-таки работа! — включилась в воспоминания Ирка. — Эх, жалко Андрюху с Галкой, занятной они были парой, пока не начали друг с другом собачиться…
— Интересно, отчего это Андрея все время на высоту тянуло? — вслух задумалась я.
— Так он же скалолазанием в молодости занимался, ты разве не знала? Ах да, ты же не была знакома с ним в то время, это мы вместе в политехе учились, — ответила Ирка. — Андрюха даже в соревнованиях участвовал, специально ездил в Красноярск, карабкался там наперегонки с другими такими же психами по каким-то местным столбам.
— Что ты говоришь? — заинтересовалась я. — Какая любопытная информация, мне ее надо обдумать… Я тебе потом перезвоню, ладно?
Я выключила мобильник и затолкала обе трубки — и свою, и Андрюхину — поглубже в сумку.
— На коляб, на коляб! — кричал Масянька, выбираясь из песочницы, к которой он уже утратил интерес.
— Пошли на кораблик, — согласилась я.
Мы собрали в пакет разбросанный шанцевый инструмент и потрусили к аттракциону «Юнга», который недавно был закрыт на ремонт и не работал, но моего ребенка это не останавливало. По дороге к карусели он на своем птичьем языке поведал мне, что запросто пролезет через дырку в заборе и прекрасным образом покатается даже в кораблике, стоящем на приколе.
Позже, уже дома, эстафетную палочку массовика-затейника принял из моих рук Колян. Плотно поужинав, муж и сын шумно веселились в комнате, а я беседовала по телефону с Иркой.
— Ты хотела мне что-то сказать, — напомнила она. — Что?
— Что? Дай-ка вспомнить, — задумалась я. — А, я хотела тебе сказать, что мне сегодня подложили змею!
— Свинью? — недослышала Ирка.
— Свинью я бы взяла, она съедобная, — заметила я. — Нет, мне подложили не свинью, а змею!
Я вкратце рассказала подруге о приключении с дохлой веретеницей, загримированной под ядовитого гада.
