В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Ну, поплясать на презентации, хоровод вокруг елочки поводить, сфотографироваться с публикой — и все! А у нас знаете какой народ работает? Есть драматические актеры, даже один выпускник ВГИКа, есть циркачи, есть профессиональный хореограф, а одна девчонка из оперетты так поет, что заслушаешься! А у меня, между прочим, первый юношеский разряд по спортивной акробатике, я верхним в тройке работал. Держите!
Я уже испугалась, что подержать в отсутствие двух нижних из тройки мне предложено самого акробата, но парень сунул в мои руки только голову Альфа, а сам ловко встал на свои руки, таким манером прошел к ближайшей лавочке и сделал сальто через скамейку, с треском вломившись в кусты.
Я зааплодировала. С перекрестка парковых аллей донесся восторженный детский визг и быстро приближающийся топот. Я обернулась и увидела бегущего Масяньку, на воодушевленной мордочке которого ясно читалось горячее желание задушить в объятиях дрессированную инопланетную собаку. Она же «табака», «фабака» и кукла Альф.
— Вы не дадите мне координаты вашего театра? — попросила я акробата, загораживая его спиной от приближающегося ребенка и одновременно нахлобучивая на меховые плечи кукольную голову.
— Садовая, пятнадцать, офис тридцать семь, — на одном дыхание выпалил Альф, проворно отпрыгивая в поломанный зеленый куст от Масяньки, тянущего к нему жадные ручки.
Плети ветвей сомкнулись, в чаще послышался треск и невнятное ворчанье — Альф нас покинул. Масянька недовольно насупился и распустил губы шлепанцами, готовясь зареветь.
— Колюша, не плачь! Собачка спряталась, она с нами играет! — поспешно сказала я. — Пойдем догонять собачку!
Увлекая за собой раздумавшего рыдать малыша, я по следам Альфа полезла в многострадальный куст.
