В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Вот обвела какое-то слово и пририсовала к овалу длинный мышиный хвостик, уходящий на поля: значит, это слово нужно выбросить из текста. Вот зачеркнула сразу несколько слов и написала сверху что-то другое…
Мне стало интересно: какой документ требует грамотной литературной правки? Ассортиментный перечень, штатное расписание, ведомость на зарплату?
Тут в кабинет сунул голову Михаил, исполняющий, как я поняла, функции привратника.
— Виктория, бумагу привезли, — сказал он, по-приятельски подмигнув мне. — Куда заносить?
— Сюда, ко мне.
Я вскочила со стула, перегнулась через стол и впилась взглядом в оставленный на столе лист, но успела прочесть только заголовок: «Светлый путь». И строчкой ниже: «Тебе, блуждающий во тьме!»
— Уже уходите? — войдя в кабинет с пачкой белой бумаги для принтера, поинтересовалась Виктория.
Смекнув, что это объясняет, почему я вскочила со стула, я согласно кивнула:
— Ухожу. Вы позволите мне забрать анкету с собой? Для пущей точности ответов я хотела бы заполнить ее дома.
— Пожалуйста, — кивнула девушка.
Лицо у нее было озабоченное, и я поняла, что ей сейчас не до меня.
— До свидания, — вежливо попрощалась я, выходя из кабинета.
По коридору навстречу мне шел Михаил, лица которого я не видела за целой башней бумажных пачек, но признала по зеленому костюму. Человек-кузнечик пропыхтел мимо, так что я была избавлена от необходимости с кем-либо прощаться. Зато напоследок поздоровалась с каким-то типом, ввалившимся в дверь как раз тогда, когда я в нее выходила.
Разминувшись с несимпатичным толстяком, я вышла на улицу и направилась в сторону трамвайной остановки.
— Что она здесь делала? — едва войдя в офис, накинулся толстяк на Михаила, который первым попался ему под руку.
— Кто? О ком вы спрашиваете, Герман? — Человек-кузнечик проследил направление его взгляда. — А, Клавдия? Она анкету у Виктории заполняла.
— Какая, на фиг, Клавдия?! — взревел толстяк по имени Герман.
— Клавдия Клушина, — громко произнесла Виктория, выглянувшая из своего кабинета.
