Автор
В маленьком общежитии начинается нечто непростое и странным образом знакомое — в единственной туалете происходит сексуальный конфликт. Взбираются на кабинку мужчины и женщины, а уборщица изо всех сил пытается донести свое недовольство громкими стонами.
Нет, ты конечно можешь пригнать сюда всех своих юристов, но разве у тебя есть на это время? Сейчас тебе нужно сосредоточиться на гонке, ведь сегодня ты уже пришел вторым.
Кто там на небесах заведует терпением? Дай мне его побольше, чтобы я не размазал эту жабу по асфальту на глазах у сотен людей.
— Сколько ты хочешь за то, чтобы убраться отсюда сегодня же?
На губах суки расплывается довольный оскал, какой всегда появляется, стоит речи зайти о деньгах.
— Думаю, прошлой суммой отступных вполне обойдемся.
Я, собственно, и спросил лишь для того, чтобы убедиться, что чуда преображения не произошло. Что передо мной все та же беспринципная дешёвка. Поэтому я с извращенным удовольствием достаю из кармана средний палец и тычу в обрезанный скальпелем нос:
— Хер тебе, никчемная тупая корова. Хер. Тебе. И таков будет мой ответ все следующие разы, когда ты соберешься заявиться в мою жизнь или жизнь моего сына и начать шантажировать. Я тебя размажу. Уничтожу. Усекла?
Побледнев, сука отступает назад и тихо шипит:
— Ты об этом пожалеешь.
Сделав над собой финальное усилие, отворачиваюсь от перекрученной злостью физиономии и ищу Майкла и Котенка глазами. Пошла ты, тупая корова. Пошла ты.
16
Хейден
Когда наш поредевший квартет, лишившийся примы-коровы, в молчании входит в лифт, Котенок нажимает кнопку нужного этажа и, огласив кабинку раздраженным вздохом, в очередной раз поворачивается ко мне задом. Какой следующий шаг? Ссать мне в кроссовки? Чем я, блядь, заслужил эту непрекращающуюся эстрогеновую бомбежку?
Пока я безуспешно пытаюсь отодрать глаза от ее выпуклого зада, Майкл дергает меня за руку
— Пап, ты сказал, что мама завтра уедет, а мне она сказала, что останется.
Вот же корова недоенная. Решила действовать через сына. Хотя чему удивляться, если ей на него глубоко наплевать.
— Думаю, она погорячилась, Майкл. Ты же знаешь, что у Лесли всегда много дел.
— Погорячилась — это значит «обманула»?
Резко обернувшись, Котенок мечет в меня гневный взгляд и быстро прижимает Майкла к себе.
— Это значит у твоей мамы могут возникнуть неотложные дела, из-за которых ей придется уехать, малыш. — поясняет Котенок. — Это совсем не из-за того, что она не хочет побыть с тобой.
— Знаю. — вздыхает сын, начиная разглядывать носки своей обуви. — У мамы очень сложная работа, поэтому она важнее, чем я.
Сложная работа, ага.
