Автор
Молодая мать отчаянно защищает свою дочь от влиятельного миллиардера, который внезапно объявляет себя отцом ребенка. Между ними разгорается напряженный конфликт, где на кону стоит будущее малышки и возможность обрести настоящую семью.
В-третьих, — обращает внимание на дочку и тут же смягчается, — не горячее сделал?
Вряд ли Астра ему ответит, поэтому я делаю это за неё:
— Нормально, — киваю, удивляясь смене его настроения.
Как он с мамой разговаривает! Козёл!
— Я же говорю: неуправляемый, — качает она головой. Берёт чайничек, наливает себе в чашку персикового чая. — А теперь я буду рада услышать историю, почему моя внучка такая большая, а я узнаю о ней только сейчас?!
Глеб понимает, что заварил настоящую кашу, которая долго застывала в кастрюле. И теперь, падая в кресло и потирая виски, собирается её расхлёбывать:"
"— Люба, это моя мать, Маргарита Васильевна. Мама, это Любовь. Моя жена. И… Астра, моя дочь. От Марты.
На последнем уточнении кривлюсь.
Я уже и забыла, что я неродная мама для малышки. Даже не вспоминала об этом. Информация словно вылетела из головы.
Астра — моя вселенная, в которой я полностью пропала.
И хоть мы неродные, но любим друг друга, будто в нас течёт одна кровь. Не устану повторять это снова и снова! Но всё равно на душе появляется огромный ком из грусти.
— Чего? — переспрашивает Маргарита Васильевна.
И Глеб, вздохнув, всё рассказывает матери. Она иногда задаёт уточняющие вопросы, где возникают пробелы.
Мы не рассказываем, что происходило между нами. Угрозы, война, противостояние. Хотя я и желала нажаловаться женщине, чтобы знала, кто её сын.
Но после слов о том, что Астра дочка Марты, я впала в уныние и не сильно участвовала в диалоге, прижимая к себе Звёздочку.
Моя! Ничего не знаю!
И теперь, когда наша история подошла к концу, Маргарита берёт Астру на руки. Малышка, не сопротивляясь, идёт к ней, чувствуя, что человек она хороший.
А вот Глеб — нет!
— Моя же ты крошечка, — Маргарита ласково обращается к Астре. — Кто же знал, что сын меня первым обрадует… Я всё от Славы жду, а тут…
— Слава? — переспрашиваю.
— Сестра, — поясняет Глеб.
Редко кого с таким именем встретишь. Теперь понятно, почему старшей Пожарской понравилось имя Астры. Она и сама не прочь внести перчинку.
Чувствую, мы с ней подружимся.
Ещё около часа мы болтаем о дочке. Глеб сидит рядом, молча слушает, изредка вставляя своё слово. Кажется, он устал за сегодняшний день.
Так ему и надо!
И жаль, что он не обманул — и правда нанял дворецкого, которого встретил через час. И пока мы болтали с Маргаритой, объяснял мужчине обязанности, расхаживая по дому.
И я погрустнела ещё сильнее — теперь он не даст над собой поиздеваться.
