В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
Уж не знаю, как там у них речь зашла о завещании, но Александр Аггеевич внука оповестил – ты, мол, все мое и унаследуешь в свое время.
– А внук ждать, когда время придет, не пожелал, – подхватил майор. – А пожелал поиметь богатство прямо сейчас и сию минуту. Он и так всю жизнь босяком прожил!.. Заметьте себе, мамаша при этом вообще не в курсе была, ни боже мой!..
– Мамаша, – тявкнула Лиса, – это ваша тетя Вера, мальчики.
Ник голову мог дать на отсечение, что с ней произошла какая-то катастрофа. Она нервничала, кусала ногти, и белая альбиносная кожа казалась нездоровой, воспаленной.
«Вскоре разбирательство закончится, и мы поговорим. Мы приедем ко мне в квартиру, я завалюсь на диван, она примостится рядом и станет рассказывать. Она смешно рассказывает!»
– И вот Слава стал подыскивать способы, как бы ему от новоявленного дедушки и благодетеля избавиться, – продолжал Александр Александрович.
– Сообщник? – переспросила Авдотья. – Наш полотер дядя Витася? Селезнев?
– Это номер раз, – сказал майор. – А про номер два пусть нам Юлия Павловна Демидова расскажет, звезда наша. – Тут он покрутил головой, словно призывая собравшихся разделить с ним изумление. – Во дельце, а?! Куда ни плюнь, попадешь в звезду!..
– Йес-экспресс, – согласился Сандро совершенно по-рэперски.
– Юлька? – переспросил Ник.
– Да, да, – заговорила Лиса. – Я начала тебе рассказывать, ты забыл, что ли?.. Там, на даче!
Он смотрел на нее.
– Ко мне на интервью пришел один перец из Службы внешней разведки. Я, конечно, руководителя приглашала, но это совсем нереально, и руководитель перца прислал. Между прочим, интервью вышло первый сорт! Перец мне рассказал про легендарного разведчика Александра Милютина. Я потом про него почитала, что мне позволили, и в музей ФСБ сходила, фотографии посмотрела, дела кое-какие, рассекреченные уже.
– Броня крепка, – подсказал Александр Александрович, – и танки наши быстры.
– Ближе к делу, Юлия, – попросил Глебов, но на часы смотреть не стал.
– Для кино нужен был материал. Я зарядила одного нашего редактора, Олега, искать всякие сведения. Он это умеет. У него лицензия частного детектива.
