В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
Звезды давно высыпали, и даже электрический свет не мог их затмить. Ник долго прикидывал, что там, на небе, может сойти за созвездие лисы. Она вышла из стеклянных дверей, протопала по дорожке, потом оглянулась по сторонам и одним прыжком перемахнула бетонный ящик с цветами.
Балерина!..
Тут Ник ее перехватил. Она приземлилась прямо ему в руки.
– Привет, – сказал он. – Я тебя заждался, честное слово! Хорошо хоть дождя не было.
Словно не веря своим глазам, Лиса всмотрелась в него, потом пискнула, прыгнула и повисла, уцепившись всеми четырьмя лапами. Ник подхватил худое, подвижное тельце.
И все стало ясно!..
– Ник, где ты был?!
– Я думал.
– О чем ты думал?!
– О тебе. Я пересмотрел все выпуски «Лисьих троп».
– Только не начинай сразу меня ругать, – попросила она счастливым голосом и укусила его за шею.
– Я решил, что теперь буду только хвалить.
– Меня?! – поразилась Лиса.
Ник достал из кармана деревянную фигурку и сунул ей.
– Я привез тебе из Бразилии броненосца.
Она засмеялась, рассматривая странного зверя, и объявила:
– Лисы и броненосцы – большие друзья!
– Помнишь, – сказал Ник, – как ты постирала свои труселя? И повесила сохнуть у меня на батарее?..
– Ник!
Он вдруг перепугался:
– Нет, нет, я не ругаю! Я говорю, что у нас уже есть собственные, личные воспоминания.
Лиса подумала и кивнула – очень серьезно. И потрясла у него перед носом деревянным броненосцем.
– А как мы его назовем?
– У него уже есть имя.
– Какое? – заинтересовалась Лиса.
Ник засмеялся.
– Ну – какое? Ты же у нас образованная! Давай соображай!..
– А!.. – обрадовалась Лиса.
Вот именно, подумал Ник. Все ясно.
– Слушай, – сказала Лиса, оглянулась по сторонам и шмыгнула носом. И зачем-то подтянула на нем «коллаборационистские» штаны, как на маленьком. – Купи мне чупа-чупс. Во-он видишь? Киоск!
И они пошли к киоску покупать чупа-чупс."
