Но, с другой стороны, его вмешательство уже однажды помогло им – в «Шелбурне», в самом начале этого безумного приключения. Однако оставить Джека он не может.
Котенок забрался по руке Блейка и уселся у него на плече. Начал тереться головой о
подбородок и замурлыкал. Блейк вспомнил, как Хойт тренировал котенка. У агента с ним установилась связь. Может, Хойт сознательно отправил зверька в качестве вестника? Котенок хорошо накормлен, чист и гладок, он не испуган. Судя по этим признакам, он не брошен в развалинах.
– Я должен узнать. – Блейк обращался скорее к самому себе, чем к Джеку. Но мальчик приподнялся на матраце, глаза его блестели.
– Ты пойдешь за Мэнни?
Блейк уклонился от прямого ответа.
Перед уходом он оставил возле Джека ружье и дробовик, подбросил дров в костер, а у двери нагромоздил баррикаду по пояс высотой. С автоматом и двумя ножами в качестве собственного оружия он был готов к выходу. Но когда он попытался оставить котенка с Джеком, тот запищал и вцепился в Блейка когтями.
– Удачи! – помахал ему Джек. Блейк еще колебался.
– Уходи хоть на весь день, если это поможет Мэнни! – ответил мальчик.
Но, выйдя на улицу, Блейк не повернул в ту сторону, куда ушли грабители с пленником. Напротив, он поискал взглядом нужный след. Аккуратная и прямая цепочка кошачьих следов вела к верхней части города. Блейк прошел с полквартала, и тут след свернул направо между двумя домами.
Пройдя по замусоренному заднему двору, след вывел на другую улицу и пошел к покинутой заправке.
– Сколько же ты прошел? – спросил Блейк у комка шерсти, голова которого высовывалась у него из куртки.
Котенок посмотрел на него круглыми глазами и вежливо мяукнул. Блейк посматривал вверх и вниз по улице. Он не видел никаких других следов, кроме собачьих и отпечатков лап котенка. Грабители пришли не с этого направления. А он не смеет очень далеко уходить от Джека.
Кошачьи следы на снегу привлекали его, давали надежду, которую он лелеял. Можно пройти еще немного, он все равно услышит, если на аптеку нападут.
След котенка ведет в разбитую дверь автозаправочной станции. Оттуда показалась высокая фигура. Небрежное приветствие, словно расстались они всего пять минут назад.
Хойт! А за ним Киттсон. Блейк обнаружил, что здоровой рукой держит раненую.
– Побывал на войне, – кто-то сказал ему.
– Входи, сынок, – сказал Киттсон, – и рассказывай. Но Блейк уже овладел собой. Руки и голос у него уже не дрожат.
– Там мальчик…, он ранен, – сказал он. – Я не могу его оставить…
Блейк кивнул. Хойт посадил котенка себе за куртку, тот довольно замурлыкал, полузакрыв глаза.
Киттсон пожал плечами.
– Сделаем, что сможем.
Блейк почувствовал огромное облегчение: с его плеч свалилась тяжесть.