– Сакстон стряхнул снег со своей белой одежды. – Я бы сказал, затевается небольшая война. К нашей банде пятнадцать минут назад присоединилась вторая – с другим пленником, они направляются прямо на встречу с третьей в развалинах к востоку. Но мы не одни выслеживаем их. Я насчитал по меньшей мере еще три группы наблюдателей.
– Это Сарж! – воскликнул Блейк. – Я слышал, он собирается провести крупную операцию против грабителей.
– Осложнения, – заметил Хойт.
Киттсон ничего не сказал, но пошел дальше, по тропе, которая по какой-то случайности оставалась незаваленной. В ее конце широкий бульвар у парка перегораживал барьер. Дойдя до него, агенты не делали попытки двинуться дальше. Киттсон даже оттащил Блейка в тень.
По другую сторону широкой улицы заходящее солнце сверкнуло на металле. Группа людей Саржа?
– Десять. – Губы Хойта неслышно произнесли это слово.
Пальцы Киттсона в перчатке перебирали обломки кирпича. Блейку показалось, что старший агент раздражен этой задержкой.
– Мы должны добраться туда первыми, – сказал Киттсон, вставая.
Они ползли, взбирались, иногда перебегали через открытые участки. Но по большей части держались в укрытиях, постоянно углубляясь в тот район, который некогда был сердцем города. Большинство небоскребов исчезло, груды развалин завалили улицы до уровня второго этажа. Но в этих каменных джунглях всегда можно было найти проходы, и агенты находили их безошибочно.
Блейк заметил, что в какую бы сторону ни уводили их препятствия, они неизбежно возвращались на прежний курс – направлялись к разбитой башне, напоминающей о средневековье. Церковь. Он удивился такому выбору ориентира, но остальные шли уверенно.
Становилось все темнее. Они остановились в пещере, которая раньше была витриной большого магазина. Блейк принюхался. В воздухе ощущался слабый запах, еле слышный нечистый запах, источник которого он не мог определить. Три его спутника застыли в напряженной позе «слушающих». Они телепатически обыскивали окрестности.
– В церкви, – сказал Сакстон. – Вокруг часовые. – Его шепот поглотила пустота развалин.
Блейк ничего не слышал. Если поблизости есть какие-то люди, они скрываются так умело, что он не может их обнаружить.
– Позаботься о тех двоих, что на севере, – приказал Киттсон. – Но вначале перехвати их сознание.
– А я возьму того, что в трех кварталах отсюда, – сказал Хойт.
Сакстон натянул капюшон своей белой одежды. И стал невидим на фоне снега.
– Мой одноглазый. – Он произнес это спокойно.
Киттсон вслух ничего не ответил, но оба агента исчезли в темноте, словно унесенные ветром. Старший агент продолжал «слушать». Блейк замерз. Заплатанная одежда, которую ему дали обитатели парка, не спасала от ветра.