Этот сосед в темном плаще, который, как знал Блейк, одежда жрецов. Но у этого человека не всклокоченные волосы и нет выражения дикого фанатизма, как у жреца в речном поместье.
– Пошли, – негромко сказал Ло Сидж.
Блейк ожидал внутреннего сигнала. Непосредственной опасности нет. Может, им все-таки удастся этот безрассудный план. И он вслед за Ло Сиджем двинулся к воротам. Сидящие на платформе занялись выбором блюд и пирожных с подносов. Слуги заполняли опустевшие кубки.
– Ай-йи-йи-йи, – запел Ло Сидж. У него было выражение человека, сны которого сбылись наяву.
Блейк не осмеливался петь, но призвал все свое умение, чтобы повторить выражение лица товарища. А Марфи – Марфи смеялась, хлопала по своему импровизированному мешку с цветами и корнями.
Они уже благополучно миновали платформу…, они уже почти прошли…
– Хо! – Призыв властный, слова, которые последовали за ним, Блейк не понял.
– Уокер, – негромко сказал Ло Сидж, – отвлеки их. Быстрей! Блейк посмотрел вверх. Один из армейских офицеров перегнулся через перила и повелительно призывал их. За ним стоял Оторонго, глядя на них.
Отвлечь их? Блейк поправил древко на плече, удерживая его левой рукой. Правую поднял в приветствии, какое видел у представителей низших классов города. И выстрелил из станнера. В это время Оторонго отвернулся, отвечая на какой-то вопрос жреца. Он покачнулся и ударился о перила платформы. Офицер, удивленный, повернулся и успел подхватить его.
Они оказались за воротами, прежде чем Блейк успел о чем-нибудь подумать. Протиснулись сквозь толпу. Желающих разграбить сад пропускали партиями, и вторая группа собиралась входить.
Впереди уходили уже набравшие растений, и Ло Сидж и Блейк пошли быстрее, чтобы присоединиться к ним. Тотзин обещал помощь за стеной. Неожиданно, несмотря на недоверие к офицеру Империи, Блейку захотелось увидеть его. Они продолжали идти за другими посетителями сада, прислушиваясь, нет ли за ними преследования. Сообразительный человек на платформе может сопоставить неожиданное падение Оторонго с их уходом, и их везение кончится.
На боковой улице стоял небольшой фургон, один из тех закрытых экипажей, которые, как знал Блейк, перевозят женщин из благородных семейств. Но на этом не было герба, вид у него потрепанный, экипаж нуждается в покраске и покрыт грязью и пылью. Задняя дверца открылась, и оттуда поманил солдат-посыльный Тотзина.
Несколько мгновений они колебались. Принять помощь другой стороны, возможно, означает только оттянуть катастрофу. Но идти по улицам с такой подозрительной ношей – значит напрашиваться на неприятности и повышенное внимание. Вместе с Марфи они сложили свой груз в фургон.
– Куда мы поедем? – спросил Блейк.
– Куда хочешь, – ответил солдат. – Но – забирайтесь.