Оставшись без работы после критической практики в СМИ, героиня решает восстановить свою репутацию путем съемок дешевых радиоигр, где она оправдывает свое журналистское прошлое. Однако ее новые занятия не могут скрыть глубокую убежденность в том, что стать настоящим репортером — мечта лишь детства. С каждым новым проектом героиня все больше отдаляется от своих прежних иллюзий, открывая дверь к тайным сторонам журналистики....
– Девушка, – позвал он, – может, вам все-таки чем-то помочь?
Я оглянулась, посмотрела на него и тут такое выдала… Короче, журналист из меня ни к черту, ибо я сказала:
– А не могли бы вы как можно негативней отозваться о гомосексуалистах, а то бесит уже искать таких, все к ним привыкли что ли…
Он посмотрел на меня удивленно, а потом расхохотался… Боже ты мой… Бывают же такие красавцы. Сам темноволосый, смуглый, загорал что ли где-то??? Ну, еще бы, это только мы ждем сезона горящих путевок, а такие как он каждые выходные могут на отдых летать…
– Ну, хорошо, давай попробуем.
Я сначала удивилась, а потом обрадовалась, включила диктофон и подсунула ему микрофон. Ростом он был не менее ста восьмидесяти сантиметров, так что я, будучи пониже сантиметров на двадцать, задрала руку и стала ждать.
– Не могу сказать, что как мужчина, испытываю к гомосексуалистам симпатию. На мой взгляд, мужик должен быть мужиком. Но это мое мнение. А у каждого оно разное. И если им нравится однополая любовь, то это их выбор, их жизнь.
Нда, отрицательного маловато, но все-таки поразвернутей, чем все предыдущие.
– От спасибо, от благодарствую, – приговаривала я, выключая диктофон.
– Может, вас все-таки подвезти??? – спросил он.
Эх, Маришка-а-а, что ж ты творишь, отказываешься от такого предложения!!!
– Нет, спасибо!!! Работать нужно! – с натянутой улыбкой сказала я. Ветер изменил направление, и на меня пахнуло его ароматом. О-о-о-о, держите меня, люди добрые, сейчас упаду ему ноги целовать.
Я медленно брела к крыльцу, у которого очередной работник ЖЭУ долбил лед. Преследуют они меня сегодня что ли??? На ступеньках курил Дэн.
– Привет, Маринчик, ты что хромаешь? И живот мокрый?
Я печально глянула на пуховик в области живота, по нему расползлись темные пятна, благо пуховик был синий, не так заметно.
