Она проводит много времени со своими друзьями. Я полагаю, она входит в пору взросления девочки-подростка. — Улыбнувшись, он добавил: — А твоя мама прихорашивается до предела. — Он усмехнулся. — Я никогда в жизни не видел столько розового и блестящего, сынок. Это повсюду. Макияж. Ювелирные изделия. Выпрямители для волос. Туфли. Платья. Клянусь, каждый раз, когда я переступаю порог, прихожая забита еще полудюжиной пакетов с покупками.
— О Господи, — простонал я. — Она обращается с Шэннон как с куклой, не так ли?
— Можно и так сказать, — засмеялся папа.
Поморщившись, я сделал глоток воды из своего стакана, прежде чем спросить: — А как мама?
— Как обычно, — задумчиво произнес папа, бросив на меня понимающий взгляд.
— Она в своей стихии, не так ли?
— О, ей нравится, когда вокруг так много детей, из-за которых можно хлопотать, — согласился он, нежно улыбаясь при этой мысли. — Хотя она скучает по своему малышу. Все дети в мире не смогли бы заполнить дыру, которую ты проделал в ее сердце. Или в моем.
— Держу пари.
— Я усмехнулся, хотя это был пустой звук. — Я тоже по ней скучаю.
— Что случилось, Джонни? — затем он спросил, уловив мое настроение.
— Они предложили мне контракт на два года, папа, — прошептал я.
— Во Франции?
— Нет. — я покачал головой. — В Дублине.
Мой отец прерывисто вздохнул и откинулся на спинку стула, забыв о еде. — А деньги?
— Сверх наших ожиданий, учитывая мой возраст и опыт, — пробормотал я. — Такие деньги, которые я не ожидал заработать до двадцати лет.
Его брови взлетели вверх.
— План состоял в том, чтобы год или два поиграть за французский клуб, чтобы набраться опыта, прежде чем подписывать контракт с ""родиной"", — отметил он. — Они, должно быть, думают, что ты готов.
— Да. — Отложив вилку и нож, я повторил его действия и откинулся на спинку стула. — Они должны.
— Они хотят тебя.
— Они хотят.
— А ты? — Он склонил голову набок, изучая меня умными глазами. — Чего ты хочешь?"
"— Если я подпишу контракт, мне придется вернуться в Дублин в сентябре и завершить оформление сертификата об увольнении в Royce, — сказал я ему.
— Они готовы работать со мной над моим графиком тренировок. На бумаге я был бы учеником Ройса, но, думаю, я был бы скорее экстерном, чем кем-либо еще, понимаете? Посещаю несколько занятий, занимаюсь с репетиторами и сдаю там экзамены.
— И что ты об этом думаешь?
— Я не знаю, — честно ответил я, все еще не придя в себя от того, как быстро все произошло. — Это так сложно осознать, папа.
