Да и поводов особых не было: Феликс почти каждый день устраивал романтические вечера при свечах, дарил золотые безделушки, а в постели жадно набрасывался на нее и вечером и утром со страстью молодожена. Чувствовалось, что пасечник соскучился за мёдом…
Впрочем, четвертое утро не задалось. Виолетта с многообещающей улыбкой ждала в постели, а он направился в ванную, как вдруг сзади раздался грубый голос:
– Слабак ты, Филька! И чего ты за перстнем столько лет гонялся? Ты же все чужими руками делать привык! А для этого перстень не нужен!
«Кто это?!» – моментально протрезвев, Граф резко развернулся.
Но никого постороннего в спальне не было. Только Виолетта грациозно изогнулась, как всегда, щедро демонстрируя прелести своего роскошного тела. Однако улыбка на губах исчезла, и лицо закаменело, как будто в постели лежала статуя. Но губы вдруг шевельнулись, и вновь раздался тот же страшный голос:
– Он тем нужен, кто хочет мир перевернуть!
– Ты… Ты что? – испуганно спросил Феликс.
Лицо Виолетты уже утратило окаменелость, и улыбка снова раздвинула нежные губы.
– Ничего, жду тебя, – ответила она своим обычным мелодичным голоском.
– Ты что мне сейчас сказала? Да еще так грубо?
– Я?! – у нее округлились глаза и брови вскинулись до середины лба. – Ничего не говорила. Не пил бы ты уже, Феликсушка, а?!
– Да не в пьянке дело, – он сел за стол, обхватив голову руками.
– Иди скорей ко мне! Я тебя успокою…
– Сейчас, сейчас…
Но идти к Виолетте он впервые не хотел: ему казалось, что в постели лежит холодная мраморная статуя, внутри которой прячется кто-то чужой со страшным мужским голосом…
* * *Вопреки ожиданиям, после смерти Туза полоса везения для Графа так и не наступила.
Мало того, что Виолетта не своим голосом сказала ему какую-то важную фразу, которая тоже не сулила ничего хорошего, мало того, что теперь он боялся ложиться с ней в постель, а по ночам просыпался от мысли, что спит со статуей… Но вдруг раздался звонок от бывшего куратора Семенова.
Он уже знал, что тот получил генерала и планируется на должность начальника УВД.
– Здравствуй, Феликс! – сказал он, как будто они общались вчера или позавчера. – Я генеральское звание получил, а ты и не поздравил!
– Так я исправлюсь, Андрей Леонидович!
– Давай в шесть на нашем обычном месте? Не забыл еще?
– Помню.
Обычно они встречались в машине капитана Семенова или в парке на окраине, но последние лет восемь связь была прервана.
