В зеркальном отражении жизни, где каждое слово и действие кажется знакомым, но неожиданным. Здесь как керосин в чай — классика на новый лад, аскетизм среди изысков. Мы знакомимся с Елизаветой Григорьевной, маркизой незаметной и прекрасной, в доме, где каждая тарелка и каждый разговор переплетаются как в кружевных шляпах XVIII века....
«Я тебе таких бонусов, – подумала Даша, – сегодня от души предоставлю».
– Дарья! – строго сказал отец. – Посмотри на меня!
– Правда, нечаянно, клянусь! – она округлила и выпучила глаза, изображая раскаяние.
– Конечно, нечаянно, – подтвердила Виола. – Теперь вопрос, как мне добраться до машины, не пугая людей. Спереди закроюсь сумочкой, а сзади вы пойдете, хорошо? Новые брюки… Но, возможно, в пятновыводителе отстираются. Это не должно испортить нам выходной. Пошли? Группа прикрытия! Держитесь поближе.
Когда приехали домой, Виола ушла переодеваться, папе позвонили по телефону, Дарья шмыгнула на кухню.
Теперь – в ванную, там у нас тоже есть к чему приложить фантазию, но делаем вид, что моем руки.
Во время обеда Дарья налегала на закуски, поскольку на основное блюдо рассчитывать не приходилось. И даже нахваливала Виолину стряпню.
– Люблю готовить, – благодарила Виола. – Но салаты – пройденный этап, слишком просто, да и едят их на голодный желудок, поэтому всегда кажутся вкусными. Мой конек нынче – китайская кухня.
Папа первым заглотил «конек», поперхнулся и выплюнул:
– Что за дрянь!
Даша сделала вид, что попробовала, и заявила:
– Какая гадость эта ваша заливная рыба! То есть китайская.
– Как? Почему? – всполошилась Виола. Подцепила кусочек рыбы в кисло-сладком мыльном соусе и тоже выплюнула. – Ужас! Не понимаю. Кошмар. Все было нормально, не знаю, что произошло, – растерянно бормотала она. – Дорогой! Ты же знаешь, мне судак в кисло-сладком соусе всегда удавался.
Даша ненавидела ее манеру называть папу «дорогим», «милым», «солнышком» или «роднулей». Мама всегда обращалась к папе по имени, без слащавых заменителей.
– В очередной раз убеждаюсь, – сказала Даша, – увлечение кулинарией – для женщин с недостатками интеллекта. Чем торчать у плиты, лучше книжку почитать.
Ее мама именно так и поступала. Пища для ума важнее утех для желудка.
– Что? – переспросила Виола, обескураженная и расстроенная.
– Милая, не горюй! – погладил ее по руке папа. – У нас ведь найдется чем заменить неудачного судака?
– Конечно! – подхватилась Виола, сгребла блюдо с судаком и тарелки.
