В зеркальном отражении жизни, где каждое слово и действие кажется знакомым, но неожиданным. Здесь как керосин в чай — классика на новый лад, аскетизм среди изысков. Мы знакомимся с Елизаветой Григорьевной, маркизой незаметной и прекрасной, в доме, где каждая тарелка и каждый разговор переплетаются как в кружевных шляпах XVIII века....
Гриша достал пакет молока, вылил остатки в стакан, аккуратно разорвал по шву, прополоскал пакет, вложил в него купюры и снова заклеил по шву надежным быстро сохнущим клеем. Выглядело натурально. Обычный пакет, с надрезанным уголком. Стоит себе за плошками у задней стенки холодильника. Разве догадаешься, что в нем капитал на «Мерседес»?
Ехали в автобусе, Марина ревниво шептала мужу на ухо:"
"– Ты ее больше меня любить будешь?
– Кого «ее»? – напрягся Гриша, потому что в этот момент за окном проплыл киоск, где он журналы приобретал.
– Машину, «Мерседес».
– А! Я вас по очереди любить буду, – довольно хохотнул он.
Они вернулись с работы поздно ночью. Открыли дверь и первое, что увидели – большой зад Мамы Веры. Она швабры не признавала, возила тряпкой, согнувшись пополам.
«Корма у тещи нешуточная, – подумал Гриша. – Примчалась. Как же такое событие пропустить!»
– Ноги вытирайте, – разогнулась Мама Вера. – Три часа убираю, развели грязи.
Маринка скривилась: дома у нее было чисто, просто мама любит строить из себя самую аккуратную и незаменимую.
– Деньги сняли? – спросила теща. – Куда спрятали?
– А ты уже порыскала! – усмехнулся Гриша. – Нашла? То-то же!
Они вместе вошли на кухню. Гриша открыл холодильник.
Пакета не было.
Марина ахнула, присела, стала быстро передвигать миски, плошки, свертки. Пакета не было.
– Где? – прохрипел Гриша. – Где пакет с молоком?
– Оно уже пропало, – спокойно ответила Мама Вера. – Я холодильник размораживала, мыла.
– Мама! – взвизгнула Марина. – Где пакет?
– Да говорю же тебе! Скисло. Коробку потрясла, оно уж тарахтело как песок, такое и на блины не годится. Выкинула.
Марина кинулась к мусорному ведру под мойкой. Пусто. Ведро изнутри покрывает старый пакет. Пусто! Она вынесла мусор!
Гриша не ругался. Безумно выкатил глаза, стоял с открытым ртом, из которого неслось утробное курлыканье.
– Мама! Что ты наделала! – тряслась Марина.
– Ой, ё! – рухнула на стул теща.
Но долго Маме Вере сидеть не пришлось. Гриша схватил ее за руку и потащил на выход. Следом бежала и причитала Марина.
Контейнеры для мусора представляли собой большие металлические кузова, как у грузовиков. Всего контейнеров было три, в них бросали отходы жители нескольких домов.
– Куда? – тряханул Гриша тещу. – В какой ты бросила?
– В этот, – показала она.
