В зеркальном отражении жизни, где каждое слово и действие кажется знакомым, но неожиданным. Здесь как керосин в чай — классика на новый лад, аскетизм среди изысков. Мы знакомимся с Елизаветой Григорьевной, маркизой незаметной и прекрасной, в доме, где каждая тарелка и каждый разговор переплетаются как в кружевных шляпах XVIII века....
Журналисты обращаются с ними играючи, толкают в лицо политикам. А мне пришлось долго повозиться, чтобы освоить чудо техники.
Бессонной ночью я не бутерброды трескала, а изучала инструкцию, практиковалась: включить, выключить, запись, воспроизведение. Чтобы муж случайно не застукал, заперлась в туалете, сидя на крышке унитаза, давила на кнопки диктофона.
Не напрасно спряталась. Вдруг стук в дверь, муж:
– Надя? Что с тобой?
– Желудок прихватило.
– А что ты там считаешь?
Это муж услышал, как я бормочу: «Один, два, три, проверка связи… один, два, три…»
– Помогаю перистальтике, – с ходу соврала я, – метод индийских йогов.
– Придумаешь тоже, индийские йоги в три часа ночи! Тебе точно ничего не требуется?
– Спасибо, милый! Иди, ложись. Я уже скоро… уже заканчиваю.
От страха я поджала ноги. Куда спрятать диктофон в маленьком туалете, не в бачок же его опускать? Испортить недешевую вещь, она мне должна пригодиться. И вообще – противно врать мужу, секретничать, плести интриги.
Противно-то противно, да куда денешься. Я стала на тропу обмана и делаю успехи. Мой мозг стал работать в заданном направлении. Подсказал вариант оправдания, если муж увидит диктофон: «Это тебе, Ваня, сюрприз! Хотела подарить на двадцать третье февраля. Будешь записывать свои мудрые мысли. Сам ведь сокрушался, что тебе приходят отличные идеи, но в неподобающей ситуации и потому быстро забываются».
Я представила, как после наших страстных амурных забав Ваня хватает диктофон и наговаривает что-нибудь вроде:
– В пятом шлюзе подачи топлива нужно сделать запасной клапан.
Зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться нервно в голос. Весело живу, что и говорить. На унитазе развлекаюсь.
Ну, начальник Игорь! Ты мне за это веселье еще заплатишь!
А с диктофоном я так и поступлю, не пропадет аппаратик, когда все закончится. Если закончится.
Утром, проводив мужа и дочь, я особо тщательно навела марафет. И оделась без деловой скромности: узкая юбка выше колен, свободная блузка, если расстегнуть верхние четыре пуговицы, то приоткрывается вид на грудь.
Впервые за последний месяц я не стыла в ожидании, что начальник вызовет, а нетерпеливо ждала. Как назло, он не проявлял инициативы. Я продефелировала по коридору, когда Игорь уезжал на какие-то переговоры, попалась ему на глаза, когда вернулся. Неужели не оценит мой сногсшибательный вид?
Оценил.
