В эти дни ощущается, что столица вдруг решила вернуться к жизни после долгих построек. Маскировочные сети исчезли, и Москва словно ожила, покрываясь новыми оттенками цветов и света — все готово для нового сезона. Но не всему хватает: улицы уже напоминают полный дождь, а воздух витает запахи строительных смесей, лишь подчеркивая, что ремонт еще не закончен....
Он тоже поднялся:
— Я вызову такси."
"Отец и дочь обменялись молчаливыми взглядами, и Сажин первым отвел глаза.
«Твой выход, Леонидов. Пора», — сказал он себе и тронул Алису за плечо:
— Иди в машину, я сейчас.
— Алиса уезжает, — сказал он, подойдя к Сажину.
— Я вижу. Сколько я тебе должен? — небрежно спросил тот и полез в карман.
— Заканчиваешь превращение в сволочь? У тебя получается. Нам надо поговорить, Сажин.
— Поговорим. Приезжай завтра в «БуЗу».
— Меня это устраивает. Там есть одно классное местечко. Там и поговорим.
И он, почти пригибаясь, под тяжелым взглядом Сажина пошел к Алисе, которая ждала его в машине.
В «БуЗе» у Алексея возникло ощущение, что приглушили звук и свет. Женщины опять сменили туфли на кеды, а парни уткнулись в айфоны. Лица у «бузотеров» словно погасли, весть об атаке на дом президента разнеслась мгновенно, и некоторые из его защитников все еще находились в СИЗО. Началось следствие по делу о вооруженном конфликте между бандитскими группировками.
В тот день, когда Сажин вернулся в свой кабинет, ровно в десять утра в юридический департамент к Кочаряну нагрянули молодые еще люди в штатском, но с очень серьезными лицами, изымать документацию. Алексей надеялся на Биткоина, что тот успел нажать заветную кнопку. И опечатанный сервер пуст, как погреб после долгой зимы, во время которой прикончили все запасы.
В приемной у Сажина сидела притихшая Даша в темном платье.
— Дмитрий Александрович не один, — предупредила она, вставая. Платье оказалось длинное, почти до пола. А под ним — розовые, как поросята, кеды. Алексей уставился на них, с досадой думая о том, что, убей, не понимает нынешнюю моду. — У него Гербер.
— Хорошо, я подожду. — Он сел напротив Даши. — Серёня не объявлялся?
— Нет, а что? — Она опустилась обратно на стул, спрятав под платьем кеды, когда увидела, что Алексей и не пытается прорваться к президенту.
— Для секретаря отвечать вопросом на вопрос непрофессионально.
— Извините. Сергей и в самом деле не звонил.
— Я рад, что не ошибся в нем.
— Не понимаю, о чем вы?
Ответить Алексей не успел. Открылась дверь президентского кабинета, и оттуда вышел, сияя лысиной, сухой, как палка, Гербер.
— Приветствую, — сказал он с неохотой и так же нехотя протянул Алексею костлявую руку.
Он ответил еле заметным пожатием.
— Проходи, — сухо кивнул ему Сажин.
