В Адаптации Юлии Шолох начинается история из разума и бессилия, когда самолет мчится к краю глубокого обрыва. Страшные дрожь снарядят тебя в холодной инертности, где каждый звук кажется громом. Крики стюардессы зовут на спасение, но сама реальность не знает чуда — только жестокий прилив горя и одиночества....
Ещё я сразу обратила внимание на очень красивое и при этом не очень дружелюбное лицо сидящего слева от стола игрока, и потом – на невозмутимое, как маска, лицо его соседа – тот тоже не стал рассматривать меня слишком пристально, а уткнулся в карту, которую изучал до того, как мы вошли. Его раскраска была самой нейтральной и органично вписывалась в образ. А вот самая яркая была у небольшого и гибкого игрока с самой темной кожей, на лице у которого при виде меня отразилось жуткое нетерпение. Он третий из тех, кто меня привёз, но только сейчас я обратила внимание, как он выделяется на фоне остальных.
Впрочем, в каждом из них было что-то своё, особенное.
- Понятно, - сказал тот, что возле красавчика, хлопая глазами. – Притащили её сюда.
Остальные молчали.
- Вы кто? – спросила я.
- Кто мы? – глупо переспросил Пепел. – Как кто?
- Да так! – возмутилась я. – Кто вы такие? Чего вы хотите? Зачем меня сюда привезли?
- Посмотреть на тебя поближе, - зло выплюнул красавчик.
- И что? Посмотрели? Могу идти?
- Смотря, что скажет Парфен, - вдруг крайне серьёзно ответил Желток, на секунду даже перестав улыбаться.
- Вы о ком? – в голове что-то судорожно заскрипело, попыталось прокрутиться и встать на место. Безуспешно. – Парфен – это кто?
- Ладно, пусть остаётся, раз так сложилось. Кто решил? Ну, вот тут она уже, пусть будет, - наперебой заговорили они все, по крайней мере, губы шевелились у всех.
- Вы что? – возмутилась я. – На кой вам это нужно?
- Ответственные за охрану – Алой и Синь, - перекрыл всех остальных голос игрока с зеленым воротником стандартной для них формы, такого надменного и серьёзного, что сразу становилось ясно – он тут командует. Красавчик в ответ пренебрежительно усмехнулся.
- Зеленец, может, без Алоя обойдёмся? Он же будет грубить, помните, когда мы играли в морской бой? Ну, игру, где на скорость летать? Те, которые напротив стояли, когда корабли уже стартуют… Помните, из-за чего он завёлся? Даже страшно вспоминать, как он разговаривал с ними.
Тот, кто рассматривал карту, прокладывая движениями пальцев на поверхности какие-то извилистые маршруты, отвлекся и изумленно уставился на Синя. Воротник, понятное дело, у него был фиолетовый.
