Из холодной вентиляции поднималось сквозь открытую форточку. Полковник прислонился к стене, отгоняя пронизывающий ветер и размышлял над бумагами перед ним. Карандаш тихо катился по столу, словно игрушечный шарик, пока не увлекся щелью между мягкими половицами. Второй карандаш — один и тот же, точно копия первого — лежал поверх важного документа. Полковник держался за эту непростую задачу в изоляции подземелий....
Пусть войска делают свою работу, а мы будем делать свою и верить в лучшее. Беккер уже сказал вам, что работа Кромберга ложится на ваши плечи в равных пропорциях? Это даже не работа, а разгребание того дерьма, которое наворотил Кромберг. Вам достается разведшкола на Рихардштрассе. Немедленно отправляйтесь туда и выясняйте, что там наделал Кромберг.
Остаток дня Уваров провел в разведывательной школе, изображая из себя взбешенного ревизора. Начальник этого заведения майор Шиндлер мигом растерял всю свою спесь.
Алексей делал вид, что внимательно изучает документы, которых касалась рука Кромберга. При этом он посылал на руководителей школы такие взгляды, что те опять трепетали.
"Потом в отдельное помещение заходили курсанты, на которых гауптман имел особые виды. Все они были подавлены, напуганы. Их готовили к заброске в советский тыл уже на этой неделе для связи с уже действующими агентами и проведения диверсионных работ – повреждения коммуникаций, взрывов складов с оружием и ГСМ, уничтожения командного состава Красной армии.
Оробевшие курсанты выгораживали себя, обвиняли своих товарищей в их неблагонадежности, в сочувствии советской власти, намерении перейти на сторону врага. Они всячески умоляли господина офицера не рассказывать сокурсникам о том, что сейчас наговорили. Временами доходило до абсурда.
Уваров уже не скрывал брезгливости. Эти типы вызывали у него тошноту. Бывшие военнослужащие Красной армии, вплоть до командного состава среднего звена, сдавшиеся в плен в сорок первом и сорок втором годах, штатские, когда-то отслужившие срочную и по велению сердца перешедшие на сторону великой Германии, бывшие полицаи, осведомители, участники коллаборационистских формирований.
К концу дня он опять собрал руководство школы и распорядился заморозить подготовку курсантов для отправки в советский тыл до особого распоряжения.
