Из холодной вентиляции поднималось сквозь открытую форточку. Полковник прислонился к стене, отгоняя пронизывающий ветер и размышлял над бумагами перед ним. Карандаш тихо катился по столу, словно игрушечный шарик, пока не увлекся щелью между мягкими половицами. Второй карандаш — один и тот же, точно копия первого — лежал поверх важного документа. Полковник держался за эту непростую задачу в изоляции подземелий....
При упоминании Праги от его внимания не укрылось, как по лицу Прейслера скользнула мимолетная тень. Значит, он шел верным путем.
Знакомство набирало обороты. Прейслер пересел за столик к Уварову, стал интересоваться его работой. В инженерных делах советский разведчик был так же силен, как в разведении баклажанов, но ловко лавировал, употреблял термины, всплывающие в памяти.
– Давайте еще выпьем, – предложил захмелевший Прейслер."
"Алексей внимательно следил за его состоянием. В стельку пьяный Прейслер был ему не нужен.
– Какие гадкие здесь напитки, – сказал Алексей и посмотрел на часы.
– Спешите? – с расстройством осведомился Прейслер.
– Нет, – ответил Уваров. – Работа на сегодня закончена, на службу мне к восьми утра. Но это пойло, уж не обессудьте, не лезет в горло. Да и обстановка тут какая-то недружественная. – Он посмотрел по сторонам.
Кабачок был полон, дым стоял столбом. Неподалеку ржал пухлощекий унтерштурмфюрер с маслеными глазами.
– Знаете, любезный, – Алексей подался вперед, заговорщицки понизил голос, – у меня в портфеле есть бутылка первоклассного «Курвуазье», она лежит там уже два дня. Не знаю, где и с кем ее распечатать. Меньше всего мне хотелось бы ее выпивать в этом хлеву. У вас нет предложений на данную тему? Вы достойный человек и интересный собеседник.
В подтверждение своих слов он потянулся к портфелю, стоящему под ногами, извлек из него бутылку самого настоящего «Курвуазье», показал майору и быстро спрятал.
Глаза Прейслера заблестели, он тоже подался вперед.
– Приятель, что же вы молчали? Это безумно дорогая вещь, ее здесь не найти днем с огнем. Вы далеко живете?
– Далеко.
– Пойдемте ко мне, там и расправимся с вашей бутылочкой. – Прейслер засуетился, спрятал пузырек в боковой карман, допил остатки пива, начал вытаскивать из портмоне купюры.
– Мне как-то неловко.
– Прекратите, все в порядке. Посидим час-другой, вы расскажете мне про Арбенау, потом пойдете домой.
