В обеденный перерыв за окном не наступило просвета для Леси — ее сердце и душа оставались в тени уныния. Словно безликое перерыве, в котором каждый день повторялся лишь однообразный ритуал, куриное филе с томатами не могло переменить ситуацию. А вокруг уже царил странный мрак — мир Леси утратил яркость и цветок жизни....
– И он захочет отнять ключ от офиса у Борисова? Явится к тому домой и добром или силой завладеет ключом?
– Если преступник не хочет ломать дверь, то ему придется это сделать, – ответила Леся. – И вовсе не факт, что Борисов после изъятия у него ключа останется в живых.
– Уф! – Киру от выводов подруги даже в жар бросило. – А что, если мы сегодня не поедем к Карасеву?
– Будет вполне достаточно, если мы ему просто позвоним, – согласилась с ней Леся. – А поедем мы к Борисову. Вот ему в самом деле может понадобиться наша помощь.
Адрес их начальника у подруг был. Недаром же Кира провела ночь с Борисовым на одном диване. Чай, не совсем теперь чужие люди. Не грех кое-что было друг о друге и выяснить. Например, некоторые мелочи вроде домашнего адреса. Но возле дома машины Борисова не было. В окнах его квартиры не горел свет, а на звонки в дверь Борисов не реагировал.
– Скорее всего, его нет дома, – предположила Леся. – Он ведь говорил, что гаража у него нет. И машину он всегда оставляет под окнами квартиры.
Но Борисов вернулся только через три часа. Когда совершенно продрогшие и измученные подруги потеряли уже всякую надежду. Увидев Киру с Лесей, он, кажется, сильно удивился. Но хорошее воспитание взяло в нем верх. Он пригласил бледных девушек к себе домой, приготовил для них горячий чай со сливками, налил по рюмке мятного ликера и выставил перед ними большую жестяную коробку с песочным немецким печеньем.
Подруги жевали печенье, обжигаясь чаем, и одновременно объясняли Борисову, зачем они его ждали и почему ему следует быть предельно осторожным.
"– Вы что, – спросил он, глядя только на одну Киру, – явились для того, чтобы предупредить меня? И не дать преступнику разделаться со мной?
– Ну да! – подтвердила Кира. – И ждали тебя битых три часа. Где ты был?
Борисов расцвел. А затем превратился, по мнению Леси, в форменного идиота. Он вскочил на ноги, и Лесе даже померещилось, что сейчас он начнет прыгать, словно веселый щенок, которому наконец посчастливилось встретить хозяина.
Но Борисов сумел взять себя в руки. Он снова сел за стол. Только на этот раз между ним и Кирой не было преграды в виде стола. Борисов сел рядом с девушками, глаза его тихо сияли. Кира, из-за которой в Борисове произошла эта удивительная перемена, ничего особенного не замечала. Ей вдруг стало так хорошо и тепло, как уже давно не было.
