В руках актрисы лежит наконец-то выкупленная роль — она готовится к предстоящей сценической битве. В зале творится настоящая волна несогласия, когда Глафира, уверенная режиссер, объявляет о своей решимости убрать актрису из спектакля. Кровь начинает стучаться в голове спорящей партнёрши. Внутри театра идет буря чувств — любовь к роли, ненависть к злодею режиссера, а иногда просто нешуточная зависть....
Так нет же, доподлинно зная, насколько строго меня оберегает брат от подростковых зажиманий тяжелого пубертатного возраста, Витя ей не поверил и решил обойти дом, чтобы посмотреть на мои окна. А вдруг мелькнет мой силуэт? В то же время Андрей Артемович, находившийся дома в неурочный час по причине простуды и узнав у Киры Палны, кто приходил, наблюдал в мониторы видеокамер, как Витя, обойдя участок по периметру, подобрался к задней стене и пытается ее преодолеть с помощью ствола поваленного дерева.
– И ему это прекрасно удалось, – вставил Пересветов.
– Совершено верно, – кивнула Глафира. – Андрей Артемович запретил охраннику останавливать молодого человека, решив разобраться с поклонником лично.
Ольга с Трофимом слушали воспоминания Глафиры, не переставая улыбаться, завороженные ее мимикой, артистизмом и предвкушая интересную развязку.
– Покоряя стену, Витя, неудачно дернув ногой, порвал брюки сзади по шву, – продолжала Глафира. – Но сия неприятность не остудила намерений юного влюбленного поэта, и, попав на участок, тот принялся кидать мелкие камешки в окна прекрасной дамы.
– Вылил из дождевой бочки воду под кусты, затопив часть грядок, и перекатил ее под балкон. При этом парень находился в полной уверенности, что делает все это тихо-незаметно, можно сказать – тайно. Ну не идиот ли?"
"– Нет, не идиот, а влюбленный мальчик, – возразила Глафира, уже откровенно начиная посмеиваться. – И таки ему удалось кое-как взобраться на балкон второго этажа. Балконная дверь оказалась закрытой, зато окно рядом с ним было распахнуто настежь, но зашторено занавесками.
