В темных улочках старого города кружился немногословный мужчина в несколько старомодной одежде. Его походка была манерной, как в старых пьесах, и вот уже шестидесяти пяти лет он, обычно избегавший алкоголя из страха за алкогольную зависимость, снова отправился в театральный буфет для традиционного разбавления эмоций. В этот вечер его стакан был заполнен золотистым шампанским, напоминающим древние коктейли знаменитого содержаника....
– Если честно, то все родные хотят ее выдать замуж! – выпалила Лола. – Но тут есть загвоздка! Покойный дядя был очень интеллигентный человек, профессор, к тому же увлекался оперой. И тетка вбила себе в голову, что выйдет только за такого же, серый мужлан, по ее собственному выражению, ей не нужен.
– Однако… – протянула Римма, – сколько лет вашей тете, что она так разборчива?
– Под семьдесят, но выглядит лет на десять моложе! Всегда за собой следила!
Лола уже так завралась, что махнула рукой – будь что будет, только бы Римма согласилась помочь.
– Римма Борисовна, душечка… – затараторила она, – на вас только вся надежда, – подберите тетке какого-нибудь интеллигентного пожилого любителя оперы! Только бы их познакомить, а там уж тетка сама за дело возьмется! Вы не поверите, когда нужно, она умеет быть очаровательной – просто ангел, а не женщина!
– Ну… – Римма задумалась, – есть у меня одинокий немолодой господин… Прохор Петрович… он, конечно, не профессор, но тоже человек интеллигентной профессии – настройщик роялей.
Лола ужасно обрадовалась – с первого раза попадание!
Римма достала свою пухлую записную книжку и принялась листать страницы.
– Вот, Синеусов П.П., телефон…
Лола вытянула шею и с глубочайшим разочарованием увидела, что номер телефона ей известен. Прохор Петрович дал номер той самой квартиры, что находилась над жильем их невезучего заказчика Сергея Зозулина.
Римма уже набирала номер.
– Не берет, – вздохнула она, – видно, дома нету.
«Это я и так знаю», – подумала разозленная Лола.
– Может, оно и к лучшему, – заговорила Римма Борисовна. – Такой милый человек, за что же ему на шею хомут такой вешать в виде капризной старухи… Не расстраивайтесь, Олечка, сейчас еще поищем… – она снова углубилась в записную книжку. – Вот, нашла! Как раз знакомый его, Верстовский!
– Известная фамилия… – кисло поддакнула Лола.
– Да-да, и этому-то как раз я с удовольствием подсудобила бы кого похуже! – высказалась Римма Борисовна.
– Чем он вам досадил? – нехотя полюбопытствовала Лола.
– Представьте себе, казался таким интеллигентным человеком, и работа приличная – гравер, а сам… – Римма полезла в свою необъятную сумку и вытащила старинную книгу.
«Выдающиеся певцы императорских оперных театров», – было написано на обложке старинным шрифтом с золотым тиснением.
– Взял у меня почитать и вернул в таком виде! – бурно возмущалась Римма."
"На форзаце снизу был вырезан солидный кусок листа, примерно с четверть. Лола взяла в руки книгу и пролистнула.
