Алтын-Толобас — это история любви в стихах на границе двух стран. Когда поезд покидает Латвию и приближается к России, главный герой Николас не может слушать беседы пассажиров — он завороженно смотрит окна, словно пытаясь запечатлеть эти последний миги перед переходом....
Или помогать придется?
Вот он, истинно русский характер, подумал Фандорин. Внешне человек неприветливый, колючий, можно даже сказать неприятный, а какая готовность придти на помощь. Предложил вроде неохотно, но видно, что если попросить не откажет.
– Спасибо, помощь не понадобится. Теперь у меня есть «Scribmaster», он выполнит всю работу за меня.
– Кто-кто?
И Николас объяснил про свою замечательную криптографическую программу, созданную специально для расшифровки средневековых рукописей. Болотников слушал и только головой качал.
– Всё-то вам, западникам, достается на блюдечке. Ладно, сидите ждите. Минут сорок понадобится, а то и час.
И Фандорин остался один. Сел на стул, но через секунду вскочил и заметался по крошечному кабинетику.
Господи, неужели через сорок минут или через час в его руках будет полный текст завещания родоначальника русских Фандориных?
Великий, истинно великий миг!
* * *Прошло не сорок минут и не час, а все два, прежде чем Болотников вернулся. В руках у него была тощая коленкоровая папка, при виде которой Николас сделался еще пунцовей.
– Это ода? – гнусавым голосом просипел Фандорин, имея в виду: «Это она?» – Работнички, – сердито пробурчал Максим Эдуардович, кладя папку на стол.
– Сейчас…
Николас виновато улыбнулся – от волнения подпись на бланке получения вышла кривая.
– Вперед, сэр, – поторопил его Болотников. – Вас ждут великие открытия. Ну, составляйте свои половинки. Я только взгляну, сходятся ли они, и добегу.
Фандорин смотрел на серую, скромную папку с приклеенным ярлычком «Фонд 4274, Кромешниковский тайник, 1680-е г.г. (?), 1 ед. хр.. Опись 12» – и все медлил развязывать веревочные тесемки.
Взять себя в руки. Самое время сочинить какой-нибудь легкомысленный лимерик.
– Да что же вы? – не выдержал Болотников. – Я и так вон сколько времени угрохал. Дайте я сам.
Слегка отодвинул плечом шевелящего губами британца, дернул за тесемку и осторожно извлек из папки узкий листок."
"– Где ваша половина? Давайте сюда.
