У его края возвышались Менкаура и Санахт; что-то шепча, они смотрели сверху вниз на бритоголовых послушников, окруживших емкость сплошным кольцом.
Эти возвышенные над собратьями трэллы, Грезящие, прозревали течения Великого Океана по отражениям в беспокойных водах пруда и прокладывали маршрут для космолета. Измененные чарами Павонидов, служители лишились глаз и срослись между собой костями рук, образовав неразрывный круг ясновидения.
— Вектор курса готов? — спросил Ариман.
— Мы знаем, по какому направлению выходить из Ока, — ответил Менкаура, по-прежнему внимательно глядя в пророческие воды. — Но Грезящие, как и я, не видят пункта назначения, что весьма огорчительно.
Азек кивнул и вернулся к капитанскому трону, где лежала «Книга Магнуса», прикрепленная цепью к пюпитру управления.
Положив руку на гримуар примарха, он ощутил немыслимую мощь внутри тома. Кроме нее, Ариман почувствовал жажду к цельности, неразрывно связанную с уделом смертного, который в прошлом записывал текст книги.
— Махавасту Каллимак, — прошептал воин. — Неужели на первой из пяти дорог мы встретим тебя?
— Азек? — позвал его Менкаура.
Ариман поднял взгляд.
— Пока что достаточно направления, — сказал он. — Образы, увиденные мною в пирамиде Фотепа, направят нас к первому из осколков души нашего прародителя.
Корпус «Кемета» уже гудел от напряжения — по всему звездолету от носа до кормы заструился поток эфирной энергии, направляемый кристаллами из Отражающих пещер и заклинаниями Атенейцев, вырезанными на каждой переборке.
Появление скованной сущности отозвалось в душе Аримана тупой болью, от которой он безуспешно попытался закрыться. В первую секунду Азеку захотелось разбить покрытый рунами призыва череп автоматона и изгнать демона, но он не мог нарушить волю Алого Короля.
— Не называй его имени, — потребовал Ариман. — Я не позволю тебе говорить об Алом Короле в моем присутствии.
— О чем это ты? Они — мои братья, я никогда не предам их.
Обойдя трон, ёкай сел рядом с Азеком на каменную скамью, предназначенную для первого помощника «Кемета». Обычно эту должность занимали адепты Атенейцев.
Ариман удивился неожиданной смене темы.
Демонический автоматон пренебрежительно махнул рукой. Азек заметил, что на пальцах существа отслаивается краска: скверна обитавшей в нем твари просачивалась наружу.
— Разумеется, я не забыл тот мир. А что такое?
Новость привлекла внимание Аримана.
