Автор
В самолете хлопают и улюлюкают, словно старик Меркури ожил со своими танцами. Вы с моей престарелой соседкой по бизнес-классу подмигиваете друг другу, она прижалась к витрине Картье из страха перед полетом — даже в таком уютном путешествии есть место для слез и молитв.
— Думаешь, он поехал к другим муркам?
Слышится тяжелый вдох, топот босых ног, Лесино ворчание ""Жора, или как тебя там, трусишки натягивай и уебывай"", после чего доходит очередь до меня. Судя по журчащим звукам, Леся справляет малую нужду.
— Психуешь?
Согласно киваю головой и бурчу:
— Психую.
— Я тебя предупреждала?
— Предупреждала, — вторю унылым эхом, — Чего делать-то, Лесь?
— Поговорить, ясен хрен. Скажи, что больше не хочешь быть беспризорной мартовской кошкой, и что Куклачеву пора распускать свой блохастый питомник.
— Я не могу.
— Чего это ты не можешь?
— Он уезжает, Лесь. В чем смысл?
Лесино раздраженное"" Ой, мля"" тонет в звуке унитазного смыва.
— Придумаете что-нибудь. Родители же его как-то состыковались и даже пятерых отпрысков настрогали. А вы чем, кролики, хуже?
Я внезапно чувствую себя воздушным шариком, налетевшим на гвоздь. Истощенной и сдувшейся. Родители Максима, скорее, счастливое международное исключение. Молния дважды не бьет в одно место.
— Ладно, Лесь. Я подумаю.
— Не думай, Ники, действуй, — назидательно произносит Леся, и тут же верещит: — Гоша, блин! Ты еще здесь, что ли?
Узнать, чем закончилось выдворение Жоры или Гоши мне не удается, потому что я вешаю трубку и зарываюсь лицом в подушку.
33
Максим
— Пипец, бро, — дребезжащим голосом хнычет Влад, поглаживая раскуроченную морду своей Панамеры, монолитом слившуюся с березой, — я фиг знает, как так вышло. С щеглом одним на Каймане решил погоняться, меня в повороте занесло, крутануло и в дерево.
— Эвакуатор вызвал? — присаживаюсь на корточки, чтобы оценить ущерб, нанесенный штутгартскому автопрому его хреновыми навыками вождения. Три радиатора, турбина под замену, пробит блок, а количеством вытекшего масла можно сбыть на тот свет с десяток Берлиозов. Качественно он свою Эску впечатал.
— Вызвал, но черт знает, через сколько они приедут. Утро раннее, а я на трассе в жопе мира наедине с оравой насекомых.
— А меня вызвал, чтобы нескучно было?
— В машине у тебя хотел эвакуатор дождаться, чтобы муравьи пятки не жрали.
— А твоя разбитая уже для этого не хороша? — уточняю с усмешкой.
На самом деле, мне вообще не смешно. Скорее, я зол на Влада за то, что запорол мне выходной в гостях деда, который включал план трахнуть Бэмби, созревший, едва я обнаружил одинокий Дюрекс ХXL в карманах шорт. Хотел поесть шашлыков и поплавать, а не тащиться за сто километров от Москвы, чтобы развлекать расстроенного Влада.
