Автор
В самолете хлопают и улюлюкают, словно старик Меркури ожил со своими танцами. Вы с моей престарелой соседкой по бизнес-классу подмигиваете друг другу, она прижалась к витрине Картье из страха перед полетом — даже в таком уютном путешествии есть место для слез и молитв.
За то, что она в ответ улыбается ему. Блядь, она с ним тоже спала? Один день со мной, а на следующий с ним?
— Бро… — Влад, очевидно, прочухав приближающуюся бурю, перехватывает мой локоть и тянет назад. — Бро, не надо.
Я хер бы он меня удержал, если бы в этот момент Ника не повернулась и не пронзила меня своими Блю-Кюрасау глазищами. Тысячи раз она на меня смотрела, но именно сейчас взглядом будто нож в солнечное сплетение вогнала. Потому что смотрит испуганно и виновато.
— Пойду, — зачем-то говорю в слух и, развернувшись, шагаю к выходу.
— Так чего? Столики есть? — долетает до меня жеманный тембр Индиры с переднего сидения.
— Столов нет, — отвечаю машинально, берясь за ручку водительской двери. — Трахаться ко мне поедешь?
Повисает короткая пауза, за которой следует скромное «Поеду», после чего я, оставив Влада и справившую нужду Харибо, растерянно стоять у входа, выжимаю педаль газа.
Дорогой Индира в качестве прелюдии пытается со мной разговаривать, но ее голос теряется в алом шуме, долбящем в ушах. Я чувствую себя разбитым и обманутым. Знал, что Бэмби что-то скрывает, но даже представить не мог, что этим чем-то окажется суслик. Получается, она изменяла мне с ним. Секс вне отношений можно назвать изменой? Мы этого не обсуждали, но я просто не думал, что Бэмби может с кем-то еще, кроме меня.
Никогда не чувствовал так: словно стал героем Матрицы и узнал, что жизнь — это иллюзия.
На автомате ловлю глазами зеленую вывеску Азбуки Вкуса и резко торможу. Надо купить выпить. Смыть к херам этот день, это сраный букет, суслика и голубую радужку с серебряными прожилками.
— Ты куда? — пищит Индира с пассажирского сидения.
— Скоро, — все, что я могу из себя выдавить.
В магазине я беру первый попавшийся вискарь и возвращаюсь за руль. Желание начать заливать его в себя прямо из горла еще никогда не казалось мне таким соблазнительным, но, к счастью, у меня хватает ума дотерпеть до дома.
Я бросаю машину посреди двора и, наплевав на джентльменские манеры, впервые не помогаю девушке выйти.
