Автор
В самолете хлопают и улюлюкают, словно старик Меркури ожил со своими танцами. Вы с моей престарелой соседкой по бизнес-классу подмигиваете друг другу, она прижалась к витрине Картье из страха перед полетом — даже в таком уютном путешествии есть место для слез и молитв.
— Лет тебе сколько? Год на родине не был, а все задницу поскорее на диван пристроить хочет. Москва — это тебе не Америка твоя вялая. Здесь жизнь бьет ключом.
А вот и сучий характер вкупе с национализмом. Дед ярый русофил и американофоб и то, что его единственная дочь, то бишь моя мама, двадцать два года замужем за американцем ничуть положения не спасает.
Разумеется, я не собираюсь валяться на диване и втыкать местное зомби ТВ. Я по прилету предусмотрительно селфи с геолокацией в инсту запулил, и теперь у меня телефон разрывается от невинных девичьих «С приездом, Максим» до членодробительного «Помнишь, я обещала, что разрешу в задницу».
— Завтра с цветами приеду челом бить, дед. Мне еще на фирму нужно заскочить и веселых пендалей раздать, чтобы сотрудники не расслаблялись.
Это, собственно, одна из причин, почему каждое лето после учебы я приезжаю в Москву. Прохожу своеобразную стажировку в рашн филиале компьютерной фирмы отца. Ну как стажировку. Вообще-то я и есть босс: кожаное кресло, крутой кабинет, ворох подчиненных и приемная в комплекте с аппетитной секретаршей Аленой, которая третье лето подряд недвусмысленно намекает на то, что не прочь расширить сферу своих секретарских обязанностей и лихо подмахнуть мне на столе.
— Правильно, — одобрительно кивает дед. — Не хер лентяям давать расслабляться.
Он не успевает договорить, потому что наш гелик так резко тормозит посреди дороги, что мы едва не бьемся носами в передние кресла, и тонированные стекла моментально сотрясаются грозным гарканьем.
— Миша, мне нового водителя искать, что ли?! Ты ослеп никак? Не видишь, тут корова в сарафане в Пятерочку за сосисками по акции торопится? Так спешит, что жопой своей капот мне помять готова. Светофор же не для нее красным по белому горит.
