Автор
В самолете хлопают и улюлюкают, словно старик Меркури ожил со своими танцами. Вы с моей престарелой соседкой по бизнес-классу подмигиваете друг другу, она прижалась к витрине Картье из страха перед полетом — даже в таком уютном путешествии есть место для слез и молитв.
Владелец клуба Лева Хосровян — мой хороший приятель, с которым мы познакомились в прошлом году в Нью-Йорке на концерте Моби. Винилом я с четырнадцати лет увлекался, и мы на фоне любви к старой доброй электронщине полночи в баре проболтали, обсуждая тусовки Burning man и Ибицу. Второе лето обретаюсь у него в клубе, и пару раз даже диджейские сеты играл на безвозмездной основе.
— Только один трек для прекрасной голубоглазой леди, бро, — обещаю Васе, который в клубной московской тусовке больше известен как диджей Грут.
— Играй сколько вздумается, бро. — заверяет Вася. — Я пока вискарик хлебну.
Надеваю наушники и перевтыкаю в контроллер флешку, на которой уже много лет хранится моя библиотека электронщины. А жаркий приват мне обеспечит босниец Solomun(известный диджей и музыкальный продюсер- прим. автора), потому что я точно знаю, что Ни-ке его творчество нравится, судя по тому, как ее милую задницу в прошлый раз с барной табуретки смыло на танцпол, едва его трек зазвучал.
Ловлю ее ошарашенный взгляд из ВИП-зоны и с удовольствием выговариваю:
— Наслаждайся.
Да, олененок, вонь паленой резины и развязные руки — это не единственное, чем я могу похвастаться. Родители мне еще в детстве внушили, что я во многом талантливый.
Поставив «Something We All Adore», возвращаю наушники Васе-Груту и, вынырнув из-за пульта, топаю в ВИП за призом.
— Кровь вроде остановилась, — не удерживаюсь, чтобы провести пальцем рядом с Ни-киной ушной раковиной. — Чего не танцуешь, Олененок? Только не говори, что трек тебе не нравится, потому что это будет враньем.
Честно говоря, я на зеркальные колени не настолько рассчитываю: просто Бэмби выглядела такой расстроенной, и я захотел немного поднять ее боевой дух. Ее суслик — реальный дебил. Такой раритетный экземпляр как Ни-ка я бы на его месте в охраняемый заповедник поместил и колючей проволокой обнес, чтобы всяким браконьерам неповадно со своими ружьями соваться было.
Ни-ка несколько секунд буравит меня сапфировым свечением, после чего залпом осушает бокал с моим виски и пихает мне его в руку.
— Угадал, Кэп. Я еще в прошлом году на его концерт в Киев моталась. От слов своих отказываться не собираюсь. Я, знаешь ли, как Ланнистеры, всегда плачу свои долги.
