Ей показалось вдруг, что от того, что там написано, очень многое зависит…
На папке крупными, неровными буквами было написано:
«Канюков Петр Степанович».
У Алевтины закружилась голова, комната поплыла перед глазами.
На какое-то мгновение ей показалось, что она сидит на берегу ночной сибирской реки, возле угасающего костра, а по другую сторону этого костра лежит утопленник…
Человек с мертвенно-бледным лицом в седоватой щетине, с впалыми висками… И участковый Шишкин, морщась, что-то ищет у него в мокром, пахнущем тиной кармане. Ясно что – документы.
Это видение тут же растаяло.
Она снова была в пустой комнате, перед столом, на котором лежала картонная папка.
Алевтина вспомнила, что у того человека на берегу была такая же фамилия – Канюков. И отчество такое же, как на папке, – Степанович. Только имя у того утопленника было другое… Федор. Точно, на всю жизнь запомнила это имя.
Это не может быть простой случайностью!
Алевтина покосилась на репродуктор и открыла папку.
И репродуктор ничего ей не сказал. Не услышала она ни хамского окрика, ни холодного приказа, ни вежливой просьбы не прикасаться к этой папке.
Первое, что она увидела в папке, была фотография.
На ней был мужчина немного в районе пятидесяти, с решительным, волевым лицом и коротко стриженными седоватыми волосами.
Он был похож на того ночного утопленника. Не на этого, страшного и больного, а на того, двадцать лет назад. Тот был моложе, но если бы он дожил до сегодняшнего дня, то выглядел бы так же.
Такие же впалые виски, такой же чуть скошенный подбородок, только морщины приметной и шрама нет. Это был, несомненно, другой человек – более решительный, более энергичный, более привлекательный…
Учитывая одинаковые фамилии и отчество – скорее всего, брат того утопленника.
Значит, вот зачем всезнающий голос из репродуктора отправил ее в эту комнату…
Алевтина прочла короткий текст под фотографией:
«Канюков Петр Степанович, родился в таком-то году в Красноярске… окончил в Петербурге Горный институт по специальности геологоразведка… в настоящее время является владельцем предприятия «Сибирские алмазы», специализирующемся на добыче и обработке алмазов и других драгоценных камней».
Алевтина снова перевела взгляд на фотографию Канюкова – и вдруг она ожила.
Теперь перед ней была не статичная, неподвижная и плоская, фотография, а живое, подвижное, выразительное лицо. Алевтина видела перед собой не страницу из папки с личным делом, а экран планшета с выведенным на него изображением.
