Автор
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Раздел Chitat.online для книги «Анахрон» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Беньковский Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"— А хули мне указы, — сказал Сигизмунд. — Скажу, что знакомый. Что, не подтвердишь?
— Ну! — сказал мужик. — Мы с тобой, как говорится, друг друга понимаем. Слушай, вон там останови. Меня Гоша зовут.
— Меня тоже Гоша, — сказал Сигизмунд.
Они обменялись рукопожатием. Лапа у мужика была как клешня.
— Ну, бывай, — сказал Гоша, сунул десятку и полез из машины.
В отличнейшем настроении Сигизмунд развернулся через Конюшенную и поехал к дому. Образ вечно недовольной Натальи, перед которой Сигизмунд виноват на веки вечные, растаял без следа.
* * *
В зоне стихийного бедствия обстановка стабилизировалась. Лишь время от времени потолок ронял тяжелую мутную каплю. «Перекрытия хорошие», — вспомнились Сигизмунду откровения дяди Коли.
Упавшая штукатурка и грязные лужи на полу были прибраны. Лантхильда стояла, сложив руки на животе, — ждала похвалы.
— Молодец, — сказал ей Сигизмунд. — Умница.
Лантхильда не понимала. Продолжала выжидательно глядеть.
— Ну, что я тебе могу сказать на все это, девка? Как говорят наши братья меньшие американцы, good work.
— Годс воркья, — поправила девка.
— Йаа, — сказал Сигизмунд.
Девка скромненько улыбнулась.
Обстоятельно доложила обстановку. Во–первых, хундс нагадил на кухне. Был приговорен к битью тапком по заднице. Приговор был приведен в исполнение немедленно. Девке пришлось убирать за хундсом.
— Что же ты!.. — укоризненно обратился Сигизмунд к хундсу.
Хундс преданно завилял хвостом, а когда Сигизмунд протянул к нему руку, ловко опрокинулся на спину и подставил для почесывания брюхо.
Сигизмунд пощекотал брюхо и выпрямился. Хундс, помедлив, покосил на хозяина глазом, потом улегся и принялся, сопя, искаться.
Однако девка еще не окончила доклада. Трудно переходила к главному. На ее лице появилось озабоченно–тревожное выражение.
— Ну, давай, что там еще случилось?
Ого — он не работает. Он не показывает ничего. Ого умер. Погиб. Сломался.
— Так тебе и надо, — сказал Сигизмунд. — Жадность фраера сгубила. Ящик к себе уволокла, а про антенну–то и забыла!
Ну как девка могла забыть про антенну? Она про антенну просто ничего не знала.
Сигизмунд торжествующе показал Лантхильде антенну. В гостиной имелся второй отвод. А вот в «светелке» антенного отвода не было. Так что давай–ка мы с тобой, девка, в гостиной ого определим.
Лантхильда на такое пошла. Безропотно позволила унести ого. Ого водрузили под иконой, оплодотворили антенной и — о, диво дивное! Славься, годиск–квино, Богородица! — ожил! Заговорил! Какую–то толстую морду явил! Ура–а…
Девка возликовала. Запрыгала, забила в ладоши. Потом вдруг глаза у нее стали хитрые–хитрые. С умильным, искательным видом подступилась к Сигизмунду с какой–то новой идеей.
Заговорила вкрадчиво. Выклянчивала что–то, не иначе.
