Автор
Кобель, словно настроенная машинка, бежал к мусорным бакам — непосредственно сквозь забор, перегруженный сеточкой, через двор, где детский садик выглядит как рай в череде обычных улиц. Сигизмунд (имя характера) отвернулся от этого оазиса и продолжил свой путь.
Во дворе, на другом конце, имелось еще три гаража — обычные, из листового железа. Прочие автовладельцы держали свои машины под открытым небом.
Гараж был кирпичный, капитальный. Принадлежал еще сигизмундову деду — Сигизмунду Казимировичу, потом отцу. Теперь вот Моржу–младшему.
Говорят, что флигель воздвигли в считанные месяцы, а гараж так и вовсе возник из небытия чуть ли не за одну ночь. Дед после войны занимал какие–то «посты». Вроде, что–то строил — восстанавливал народное хозяйство, поэтому появление у него ведомственного гаража никого не удивило.
Своей машины у деда не было. Сигизмунд смутно припоминал, что в последние годы жизни дед ездил на казенной «Волге». Черной, с оленем.
А совсем незадолго до смерти дед вдруг взял да приобрел машину. Тогда только–только ВАЗ построили и начали выпускать «жигули». Те самые первые «единички», которые из фиатовских комплектующих, чуть ли не ручной сборки.
Блат у деда, видать, имелся знатный: «единичку» себе одну из самых первых взял. Образцово–показательной сборки, чуть ли не прямо с испытаний.
Сколько лет прошло, а «копейке» хоть бы что. На техстанциях мужики головами качают да языками цокают: повезло тебе, парень,
Машина, что ни говори, неприхотливая.
Поначалу дед оформил машину на сигизмундова отца, но тот ездил мало. Так и вышло, что уже в двадцать лет Сигизмунд сел за руль. В те времена, помнится, сам себе королем казался — шутка сказать, студент еще, а уже свой «жигуль».
Шестнадцать лет с той поры минуло, а «единичка» все та же. Ну, почти та же…
Одно хорошо — гараж роскошный. В таком бы «мерс» держать, а не «копейку», пусть даже заслуженную.
В 1994 году один депутат из городского собрания пытался этот гараж «прихватизировать». Точнее, оттягать. Точнее, купить. Ха–ха. За смешные деньги, конечно. Сигизмунд не думал, что сможет устоять перед этим наездом. Мать тогда очень испугалась. Уговаривала уступить.
