Анжелика оказывается перед необходимостью выжить и вернуть себе положение в обществе после трагических событий. Путь к Версалю омрачается борьбой за жизнь среди нищих и бандитов Двора Чудес. Ей предстоит совершить невероятные усилия, чтобы справиться с обстоятельствами и своими сыновьями.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Анжелика. Путь в Версаль»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Анна Голон Легкое чтение Любовные романы подборки книг книжные серии
Но он не худенький. Я дою коров утром и вечером и каждый раз даю ему немного молока.
Ошеломленная Анжелика смотрела на ребенка. Этот безобразный червячок, покрытый гнойниками и паразитами, не мог быть Кантором! Тем более что Кантор родился блондином, а у этого ребенка были каштановые кудряшки. Тут ребенок открыл глазки, и стали видны великолепные ясные радужки.
– У него такие же зеленые глаза, как ваши! – сказала девочка. – Значит, вы его мать?
– Да, я его мать, – глухим голосом ответила Анжелика. – А где старший?
– Наверное, в собачьей конуре.
– Жавотта, не лезь не в свои дела! – гаркнула крестьянка.
Она недружелюбно следила за ними, но не вмешивалась, видимо надеясь, что в конце концов эта женщина с грустным лицом принесет деньги.
Будка была занята огромным сторожевым псом устрашающего вида. Чтобы выманить его оттуда, Жавотте пришлось прибегнуть к множеству уговоров и обещаний.
– Фло все время прячется за собаку, потому что боится.
Девчонка быстро огляделась:
Она вытащила что-то из будки. Появился какой-то черный кудрявый комок.
– Но это другая собака! – воскликнула Анжелика.
– Нет, это его волосы.
– Конечно, – прошептала она.
Разумеется, подобная шевелюра могла принадлежать только сыну Жоффрея де Пейрака. Но под этим густым, темным и плотным руном было жалкое, худосочное сероватое тело, покрытое лохмотьями.
Анжелика встала на колени и дрожащей рукой приподняла взлохмаченные волосы. Она увидела бледное исхудалое личико, на котором блестели расширившиеся от страха черные глаза. Хотя было очень жарко, ребенка сотрясала непрерывная дрожь. Под грязной шершавой кожей выступали острые тонкие кости.
Анжелика встала и подошла к кормилице.
– Вы оставили их умирать с голоду! – грозно сказала она. – Вы оставили их умирать в нищете. Месяцами дети не получали никакой заботы, никакой пищи. Только собачьи объедки или кусочки, которые эта девчушка отрывала от своего скудного ужина. Вы подлая женщина!
Крестьянка побагровела. Скрестив руки на груди, она заорала.
– Добренькая нашлась! – задыхаясь от ярости, вопила кормилица. – Сваливают на меня детей без единого су, пропадают, не оставив адреса, да еще какая-то нищенка с большой дороги, цыганка, египтянка, какая-то… меня поносит!
Не слушая ее, Анжелика вернулась в дом.
Схватив висящую у очага тряпку, прикрепила ею Кантора к себе на спину, завязав узел на груди, в точности как носят своих детей цыганки.
– Что это вы собираетесь делать? – спросила кормилица, вошедшая в дом вслед за Анжеликой.
