Участковый инспектор Кротов проводил вечер под старым письменным столом. Над головой сверкали стопки бумаг и листовки с знаками ПДД, а рядом раскладывался таинственный мир документов, где каждая скрепка хранила собственную историю жизни или смерти.
Лариса еще больше оживилась и увлеченно стала рассказывать, как она с первого года после училища организовала школьников на поиски интересных фактов из прошлого, чтобы впоследствии создать в фойе Дома культуры портретную галерею передовых людей колхоза со дня его основания. Рассказывая, девушка отодвинула на край стола «Боевой листок», который сосредоточенно раскрашивала перед приходом Антона. Затем открыла тумбочку, достала из нее четыре толстых тетради и пачку пожелтевших старых фотографий. Разложив их на столе, сказала:
— Видите, сколько материалов мы успели собрать.
Бирюков с интересом стал перебирать фотографии. На одной из них был сфотографирован лихой матрос с улыбчивым волевым лицом. Антон почти интуитивно узнал Жаркова. На обратной стороне фотоснимка выцветшими коричневатыми чернилами было написано: «Ефиму Инюшкину на память от Афанасия». Ниже стояла разборчивая подпись «Жарков» и дата «3 декабря 1930 г.».
Вероятно, заметив, как сосредоточилось лицо Бирюкова, Лариса живо пояснила:
— Это первый председатель нашего колхоза.
— Что еще о Жаркове у вас есть? — спросил Антон.
— Почти ничего, — огорченно ответила Лариса. — У него загадочная судьба. Я специально ездила в областной партийный архив. Там в документах за тридцать первый год сохранилась коротенькая справка… — Лариса порылась в одной из тетрадей и протянула Антону небольшой листок: — Вот, посмотрите.
Бирюков внимательно стал читать:
«Жарков Афанасий Кириллович родился в 1886 году. Из семьи такелажника Петроградского судостроительного завода. Член ВКП(б) с 1905 г. Участник Революции 1905—07 гг. С 1908 по 1912 г. служил трюмным машинистом на миноносцах военной эскадры Балтийского флота. С 1912 г. на подпольной партийной работе. 1916—18 гг. в Старо-Быхове. В декабре 1918 г. прибыл в Сибирское бюро ЦК РКП(б) для усиления руководства подпольной партработой.
— Можно переписать эту справку? — спросил Ларису Бирюков.
— Пожалуйста, — быстро ответила она и тут же попросила: — Помогите нам выяснить окончательную судьбу Жаркова.
— Очень уж много времени прошло с той поры, — уклончиво сказал Антон.
