В усадьбе уже замерла тишина. Барон распахнул ставни, оглядывая темно-сапфировые облака над усадебной крышей, а затем снял очки, протирая их носовым платком и снова повесив на нос свой гордый подбородок. Гнев в его глазах ярче дня, готовый прорваться сквозь груди, словно сам фонтан победной надежды....
Где-то вдалеке раздавался собачий лай.
До приезда Ольги Катя испытывала страх всякий раз, когда проходила через пустырь. Сегодня девушки возвращались из института вместе, поэтому Кате было гораздо спокойнее.
Однако это ее спокойствие моментально испарилось, когда она увидела двух парней, сидевших в кустах, росших вдоль дорожки. Она тут же схватила Ольгу за руку и ускорила ход.
Парни о чем-то оживленно спорили и размахивали руками. Когда они наконец-то заметили сестер, один из них тут же позабыл про свой разговор и громко свистнул.
– Не оборачивайся, – прошептала Катя и еще сильнее сжала Ольгину кисть.
Та вскрикнула, вырвала руку и заявила:
– Не веди себя как дура последняя! Чего всполошилась?
– Эй вы! Я к вам обращаюсь! – донеслось из-за спины.
– Не оборачивайся, – опять прошептала Катя, но услышала позади себя топот, невольно обернулась и хотела было ускорить шаг.
– Не беги. Все равно догонят, – сухо процедила Ольга и остановилась.
– С ума сошла? Это же шпана, от них хорошего не жди!
Ольга только махнула рукой и повернулась к парням, спешившим к ним.
– Слышь, Серый, а вечерок-то обещает быть жарким! – обратился к приятелю длинный, как жердь, парень в клетчатой кепке и помятом сером пиджаке, под которым виднелся матросский тельник.
Его правый глаз был слегка прищурен, за левым ухом торчала папироска.
Серый оскалился и сунул руки в карманы широченных брюк. Одет он был в вытянутый свитер. На его затылке точно приклеенная висела черная бархатная тюбетейка.
– Ну, здравствуйте вам, барышни! – гнусаво продолжал длинный тип. – Серый, веди этих куколок к нашему столу. Я вижу, они замерзли. Пусть по стаканчику жахнут для сугреву.
– Я бы эту мелкую лучше как-нибудь по-другому согрел, – процедил Серый и сунул в рот спичку.
На пригорке, где до этого сидели парни, были уложены несколько кирпичей, закрытых листом фанеры. На нем красовались две бутылки дешевого вина, полбуханки хлеба и пучок зеленого лука.
– Согреем, конечно.
– А шампанского у вас нет? – ошарашила она его вопросом.
Он захохотал и ответил:
– Извини, кнопка, чего нет, того нет. Придется вам довольствоваться красненьким.
– Ну вот, а говоришь, мол, все честь по чести, – продолжила Ольга.
