В багряной радуге моря из-за горизонта не видно ничего, кроме черного песка и холодных звезд. Пустота проплескивает в воздухе как океан без волнений. Оставленные дрова напоминают палатку потерявшей путника, аккуратность поленницы — тщетная попытка укрыться от вечного небывалого мира....
— Даже сейчас слово «Владыка» было произнесено с величайшим почтением. — Он же смог сделать поддельные пропуска для этих. — Кивок в сторону других тел. — На входе во дворец подделку проглядели, виновные уже наказаны.
Несомненно. Спрашивать этого цербера о виде наказания, очевидно, бессмысленно, хватит на сегодня сильных эмоций.
— Аль-Шорбан, кто он такой и где сейчас? Может быть, это его рук дело?
— Не думаю, господин. Аль-Шорбан возглавлял разведку Туниса, был доверенным человеком Владыки. И сейчас у себя в кабинете лежит с таким же кинжалом в сердце.
Де Камбре кивнул.
— Понятно. Дальше.
— Когда начался штурм, все внимание сосредоточилось на сражении, чем и воспользовались убийцы. Мужчины напали на охранников, связали их дракой, а женщина проникла в зал. Вы видите, она нанесла всего два удара, а ведь Владыка был опытным бойцом.
Что верно то верно. Подлец, мерзавец и скотина, но в храбрости ему не откажешь. Расслабился за годы правления или не ждал опасности от женщины? Теперь-то уже какая разница.
Д,Оффуа коснулся руки друга, предложил выйти в коридор и только там заговорил.
— Я их знаю. Двое, мужчина и женщина, мои слуги. Они были жертвующими. Третий, видимо, тоже. По крайней мере, именно он принес мне твою записку, что пора идти в старый дворец. Значит, Старец горы все же нанес свой удар первым, пусть и такой ценой. Одного не могу понять, зачем они решили предать нас?
— Ты о чем? — Де Камбре это было безразлично, он спросил только для того, чтобы отвлечься от жуткой картины.
"— Когда утром мы с Делал вышли, ну… уже шли к старому дворцу, мы увидели, как в дом ворвались стражники. Задержись мы хоть на пару минут, ничего бы сегодня не вышло. А слуг в доме уже не было. Значит, они нас и сдали.
Ну вот, еще и об этом вспоминать. Да, дружище, дорого стоил трон для твоей супруги.
— Нет, вас сдал ювелир. Стражники заинтересовались голубем, прилетевшим в его голубятню, ворвались с обыском и обнаружили мое письмо.
«А еще там остались тела дознавателя и палача, совесть не позволила их пощадить». Впрочем, вслух это не прозвучало.
— Гарнизон, для встречи повелителя, становись!– раздалось с улицы.
И топот сотен ног, короткие окрики капралов. Обычный шум при срочном построении.
