Теплая весна порclyает за кромкой морского берега. Солнце прокалывает яркими лучами через облака, создавая искрящиеся радужные узоры на водной surface. Ножки модели — идеально пропорченные идеальные формы, симметрично переливающиеся на бегущей волнистой подсветке. Каждое движение её тела вызывает поэтическое мерцание зеркального дна, заставляя вглядываться в глубины неизведанности и откровений....
И белья под ним нет. В нем она не будет выглядеть как проститутка. Она всего лишь хозяйка, ничуть не стесняющаяся своего гостя. А чего стесняться? Глеб — не мальчик, она — искушенная, дважды замужняя женщина. Они поймут друг друга, никаких в том сомнений.
В кухню Яна вошла грациозно и даже призывно качнула бедрами.
Она могла бы засмеяться, увидев, что на столе у Глеба. На кухню он шел с важным видом, как будто собирался приготовить для нее своими руками пищу богов, а на сковородке у него разогревались полуфабрикаты, котлеты.
Но Яна не засмеялась: не до того. Не хотела она есть, не ради еды сюда пришла.
Кайманов ошеломленно смотрел на нее. Похоже, он понял, что сейчас должно произойти… Яна не проститутка, и никогда ею не была. Но ей уже все равно, что Глеб сейчас о ней думает.
"Но Глеб ее не остановил. Он ответил на ее инициативу, отозвался на ее поцелуй. Потом вдруг почва ушла у нее из-под ног, и она в стремительном полете переместилась в спальню, вместе с Каймановым рухнула на кровать. Там она и ощутила его силу. От восторга, который охватил Яну, хотелось орать до изнеможения.
Глава 21
Ночь, за окном шумит ветер, слышно, как стучат капли по стеклу. В клубе сейчас кипит жизнь, а здесь, в спальне у Яны, тихо и безмятежно. И так не хочется отсюда уходить…
Глеб стал подниматься. Яна спала, но только он поставил ноги на пол, как она схватила его за руку.
— Куда?
Она боялась его потерять, и это не могло ему не льстить. Он не просто укротил эту пантеру, она сдалась ему на милость.
А он должен был все понимать. Девушка она с характером, и не простит Глебу, если он попытается дать задний ход. И сделает все, чтобы удержать его.
