Теплая весна порclyает за кромкой морского берега. Солнце прокалывает яркими лучами через облака, создавая искрящиеся радужные узоры на водной surface. Ножки модели — идеально пропорченные идеальные формы, симметрично переливающиеся на бегущей волнистой подсветке. Каждое движение её тела вызывает поэтическое мерцание зеркального дна, заставляя вглядываться в глубины неизведанности и откровений....
Там ребята разговаривали, сказали, что бывшая хозяйка тебя заклеить пыталась.
— И что я угрожала Глебу, сказали? — зло спросила Яна.
— Был разговор…
— А Казаяну ты звонила, говорила об этом?
— Нет, не звонила, — Аллочка отвела взгляд.
— Кому ты врешь, сука?.. — Яна несильно ударила ее раскрытой ладонью по щеке. — Я же скажу Рудольфу, кто его сдал?
— Ну, звонила… Ну, говорила!..
Яна резко повернулась к Глебу.
— Теперь ясно, что происходит?.. Казаян только сделал вид, что вышел из дела. Эта мразь выждала время и нанесла удар! Отца убили, Дика подставили, следующим на очереди был Стас!
Глеб вызвал Капитона и передал ему Аллочку.
— А как же Скиба? — спросил он, когда за ними закрылась дверь.
— Скиба с ним заодно! Казаяну нужен был клуб, а сейчас ему нужно все. Отца нет, Дика нет, Стаса нет, меня Скиба за горло взял…
— Если он тебя за горло взял, почему не задушил?
— Может, испугался чего-то. Возможно, ему противовес нужен.
— Какой противовес?
— Ну, Казаян на одной стороне, я на другой. Он мне мешает, я ему, а Скиба разделяет и властвует.
— Вы же отношения выяснять начнете, а это стрельба, кровь. Зачем это Скибе?
— Не знаю… Может, Скиба сам по себе?
— А Залесова кто нанял?
— Рудольф… Или Раджа… Раджа в законе, очень серьезный вор. Казаян был его человеком, поэтому отец его не трогал. Зуб точил, но не трогал. А потом Раджу закрыли, все бы ничего, но в зоне он по ушам получил. Корону с него сняли, косяк там какой-то был… Он весной этого года откинулся, к Рудольфу в Италию поехал.
Глеб не стал спорить. Во-первых, Казаян действительно мог нанести удар. А во-вторых, эта версия его вполне устраивала.
— Казаяна надо сюда выманивать, — сказала Яна. — Пусть приезжает, мы его здесь встретим. И мозги ему проветрим.
— Жестоко.
— А тут или он, или мы! А за отца спросить! А за Дика! Стас мне не упирается… Стас свою игру вел, за Стаса я мстить не буду…
Яна зажмурилась и взялась пальцами за виски.
Но в любом случае на Глеба мог покушаться Казаян.
