Теплая весна порclyает за кромкой морского берега. Солнце прокалывает яркими лучами через облака, создавая искрящиеся радужные узоры на водной surface. Ножки модели — идеально пропорченные идеальные формы, симметрично переливающиеся на бегущей волнистой подсветке. Каждое движение её тела вызывает поэтическое мерцание зеркального дна, заставляя вглядываться в глубины неизведанности и откровений....
Четыреста рублей или около того за грамм — цена хорошая, за такой в той же Москве надо побегать. А тут прямой обмен, золото на недвижимость. Но, избавляясь от одной проблемы, Глеб приобретал тут же другую. С бандитами, как известно, лучше не связываться.
Но в то же время клуб мог достаться ему за полцены. Чтобы поднять четыреста пятьдесят тысяч долларов, ему нужно продать больше сорока килограммов золота, а сколько времени убить и нервов. Да и не было у него столько металла. А тут всего двадцать два килограмма, и никаких проблем со сбытом.
— Некогда думать… — заявил Казаян и тут же спохватился: — Да, конечно, нужно подумать…
Он явно спешил избавиться от клуба, пока не поздно… Или уже поздно, но еще есть смутная возможность выскользнуть из бандитской мышеловки с кусочком сыра в зубах. Смутная возможность, если не мифическая. Что, если Глеб какой-то городской сумасшедший? Вряд ли Рудольф Автандилович исключал это.
— Золото в слитках, но без клейма. Экспертизу провести надо, — сказал Глеб.
— С этим разберемся, — махнул рукой Казаян.
Глеб в напряженном раздумье глянул на него. Этот тип мог не только спеца по золоту привести, но и лихих людей. Как бы чего не вышло… Впрочем, у Глеба был «ТТ», один из тех пистолетов, которые он нашел в машине у покойных инкассаторов. Ствол лежал в той же сумке, где и золото. Если вдруг что, стрелять он умел… Но, может, лучше всего будет отказаться от сделки?
В дверь постучались, и тут же появилась белокурая мисс в короткой плиссированной юбке.
— Рудольф Автандилович, я пришла! — белозубо улыбнулась девушка.
— Хорошо, Аллочка, хорошо… — Казаян небрежно махнул на дверь."
"Девушка скрылась, но впечатление осталось, и оно отразилось на лице у Глеба. Рудольф Автандилович это заметил.
— Аллочка, моя секретарша. Понравилась?
Он правильно все понял, но Глебу не хотелось признаваться в своих симпатиях.
— Ну, таких много…
— Видел бы ты, как она «гоу-гоу» танцует!..
— Она еще и у шеста зажигает?
— По настроению. Девочка она веселая, разогреть ее нетрудно, — загадочно улыбнулся Казаян.
Заинтригованный Глеб кивнул. Аллочка действительно занятная штучка, и он хотел бы видеть ее своей секретаршей. А еще у него в штате будут администраторши, официантки, стриптизерши.
А с бандитами Глеб разберется.
