Священник Василий едет в дальний поезд. В его сердце мешаются радость встречи с сыном и тревога о путешествии, которое может быть опасным. Улыбка проводницы подчеркивает необычайную атмосферу этого поезда — он кажется не просто местом для волокиты, но и центром загадочных событий....
Но все равно священник поступил опрометчиво, поспешил. Теряю навыки, с сожалением подумал отец Василий.
Вертлявый поднялся на ноги и переместился в сторону, заходя к незнакомцу сбоку.
– Гляди-ка, – дошло до крючконосого, – да ведь это же поп! Слышь, а ты не привидение? Зашли в церковь – и тут же поп объявился.
– Развяжи-ка женщину, – спокойно предложил священник куражащейся шавке, – а то она задохнется.
– А на фига? – искренне удивился вертлявый. – Мы эти, как его, некрофилы. Мы ее трахать будем. Представляешь, поп, ты ей суешь, а она в агонии бьется.
Свою глумливую тираду вертлявый сопровождал имитациями и жестами, так что его конечности ходили ходуном, будто вместо костей у него были хрящи. Тем не менее, к попу близко он пока не подходил.
– Ладно, клоун, – уже жестко сказал отец Василий, – тогда я сам ее развяжу.
Священник сделал шаг к женщине, которая с ужасом наблюдала все происходящее и пыталась вжаться в стену за ее спиной. Отец Василий плохо представлял себе, что такое настоящая тайга.
– Клещ, дай его сюда, – приказал сквозь зубы коренастый, продолжая жевать хлеб. Кажется, он успокоился, поняв, что поп был один. Или все же есть третий?
Крючконосый ухватил цепкими пальцами левой руки священника за рукав рясы.
– А ну-ка, подойди, – весело предложил он.
Вторая рука Клеща была отведена в сторону, как будто он предлагал священнику необъятные просторы.
