Бывший спецназовец, ставший священником отец Василий пытается найти свое место между прошлым воином и служителем Господа. В маленьком приволжском городке его ждут духовные испытания, вызовы веры и борьба с собственными демонами. Путь к спасению оказывается тернистым.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Батюшка. Кулак и крест» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Бывший спецназовец, ставший священником отец Василий пытается найти свое место между прошлым воином и служителем Господа. В маленьком приволжском городке его ждут духовные испытания, вызовы веры и борьба с собственными демонами. Путь к спасению оказывается тернистым.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Георгиевич Серегин Литрпг подборки серии
Бывший спецназовец, ставший священником отец Василий пытается найти свое место между прошлым воином и служителем Господа. В маленьком приволжском городке его ждут духовные испытания, вызовы веры и борьба с собственными демонами. Путь к спасению оказывается тернистым.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А что случилось?
– Ваш сын Павел дома?
– Дома, спит еще, а что? – Тут предприниматель догадался, что про сына священник начал разговор неслучайно; значит, что-то мальчишка натворил.
– Я о нем и хотел поговорить с вами. Видите ли, Вадим Иванович, делом вы занимаетесь полезным. Насколько я понимаю, мясное животноводство – вещь сейчас для района очень нужная. Да и с другой стороны, вы задумали хорошее дело. На вас ведь люди работают, значит, вы создаете рабочие места, платите зарплату, кормите многие семьи... Дай бог, сами разбогатеете, значит, будет возможность и сыну хорошее образование дать.
– Ну, как бы, конечно, – еще больше растерялся Косачев и окончательно покраснел.
– Только сына вы можете потерять. И получится, что все ваши труды пропадут зря. Уверяю вас, если с сыном у вас будут проблемы, то и вся остальная жизнь будет не в радость.
– Да что случилось-то? – не выдержал предприниматель."
"– Компанию сколотил ваш сын, верховодит в ней. Все бы ничего, если таким образом лидерские качества закладываются. Только вот поведение его перестало быть безобидным. Вчера поздно вечером они в селе остановили в переулке двенадцатилетнего мальчика и пытались избить его. Если бы я не вмешался, то неизвестно чем бы все кончилось.
– Простите, отец Василий, – засуетился Косачев. – Может, вы в темноте не разобрались, может, не так все было?
– Все так, к сожалению. Я все видел и слышал. Самое страшное, что это был не мальчишеский спор или разборка из-за того, кто чего сказал или сделал. Нет, там все было хуже. Мальчик оказался не местный, вот за это его и хотели избить. Чтобы, так сказать, не топтал чужую землю. А мальчик этот оказался сыном нашего участкового, приехавший в гости к отцу из города.
– Этого мне еще не хватало, разборок с участковым! – Розовое румяное лицо Косачева сделалось озабоченным и немного испуганным.
Это показалось отцу Василию немного странным. Предпринимателями становятся обычно люди, более чем уверенные в себе; такие умеют держать удар и не переживать из-за мелких неприятностей. Иначе просто не вытянешь бизнес. В чем же дело? Почему он такой пугливый?
– А вы не об этом переживайте, Вадим Иванович, – успокоил отец Василий собеседника. – Мы с мальчиком договорились, что Рогову ничего не скажем. Гордым мальчик оказался. Гордым и на редкость храбрым. Так что беспокойтесь не гнева участкового, а того, что ваш сын, воспитанием которого вы, как мне кажется, перестали заниматься, может влипнуть в такую историю. Это приведет к тому, что к вам не участковый придет, а прокурор. Подумайте об этом.
Отец Василий говорил и краем глаза уловил движение сбоку. Повернувшись, он увидел худощавого мужчину, чуть постарше, чем Косачев. Мужчина выходил из дома в трусах и сладко почесывался.
