Священник Василий едет в дальний поезд. В его сердце мешаются радость встречи с сыном и тревога о путешествии, которое может быть опасным. Улыбка проводницы подчеркивает необычайную атмосферу этого поезда — он кажется не просто местом для волокиты, но и центром загадочных событий....
В боксах были смотровые ямы, во дворе – большая грузовая эстакада. Наружное освежение двора и свет в боксах восстановили своими силами. Подмарафетили и административную часть. Теперь двором пользовались лишь командировочные водители. Машины можно было на ночь загонять в закрытый двор, мелким ремонтом заняться, условия были. А в административной части была комната для ночевки и столовая."
"Туда к командировочным шоферам и направился отец Василий. Договориться с водителями удалось быстро. Через час милицейский «уазик» перетащили в бокс на смотровую яму.
В обещанный срок, лично прокатившись по двору, отец Василий расплатился с шоферами из денег, которые у него хранились на пластиковой карточке от продажи дома в Усть-Кудеяре и которые предполагалось потратить на покупку или строительство дома в Верхнеленском.
Когда священник подъезжал на восстановленной машине к дому участкового, то застал любопытную картину.
Услышав звук автомобильного мотора, участковый оглянулся.
– Принимай аппарат, – похлопав по капоту ладонью, сказал отец Василий, вспомнив фильм «В бой идут одни «старики». – Во, махнул не глядя.
Хмурый участковый молча обошел машину, убедившись, что это именно его служебный «уазик», который еще два с небольшим дня назад стоял тут с разбитой мордой.
