По тропинке заброшенного шоссе прохладный вечер стучал по стеклам автобуса. Кресла были непривычно пустыми, и только рука женщины с коляской выделялась на фоне остальных пассажиров — чужаки в мире тех, кто знал все друг о друге.
— Он улыбнулся и, придвинувшись ближе, крепко обнял ее. — Конечно, не узнает. Она же малышка совсем, да и в комнате темно…
— Я даже дотронуться до нее не могу… — Она тихо всхлипнула.
— Почему?
— Она плакать собирается.
— Ты просто трусиха, — рассмеялся Саша, встал с постели и подошел к кроватке. — И кто у нас тут собирается плакать?
Увидев его, Мила заулыбалась и потянула ручки. Он сразу же исполнил ее просьбу и вытащил из заточения. Они так органично смотрелись вместе, что Таня невольно испытала очередной укол ревности.
— Пойдем знакомиться с мамочкой? — мягко спросил Саша, но девочка явно не разделяла его энтузиазма. Прижалась щекой к груди и замерла, искоса поглядывая на Таню. — Милаш, не переживай, она не всегда такая рева. Сейчас вытрет слезы и улыбнется тебе, вот увидишь.
Он подошел к их кровати и сел в метре от нее. Таня торопливо вытерла слезы и попыталась улыбнуться. В душе творился полнейший раздрай. Так хотелось обнять свою дочку, зацеловать пухлые щечки, но она была вынуждена держать дистанцию, чтобы не навредить ребенку.
— Нужно всего лишь немножко времени и любви, она оттает и примет тебя, — прошептал он и нежно погладил Таню по щеке, стирая одинокую соленую каплю. — Все будет хорошо.
Мила внимательно следила за его действиями, но не предпринимала попытки отстраниться, все так же крепко держалась за папу.
— Дай руку. — Таня послушно вытянула ладонь. — Мил, давай потрогаем маму? Смотри, какое у нее красивое колечко есть, — покрутил блестящий камушек, привлекая внимание ребенка.
Девочка заинтересованно следила за переливающимися огоньками, воспользовавшись этим, Таня придвинулась чуть ближе и положила руку Саше на бедро. Постепенно Мила привыкла к постороннему человеку и немного расслабилась. Счастью Тани не было предела, когда дочка первый раз улыбнулась именно ей.
— Саш, ты видел? — восторженно воскликнула она и подняла на него глаза.
— Видел-видел. — Он чмокнул Таню в щеку, осторожно пересадил ребенка на кровать и поднялся.
— Стой. — Таня испуганно схватила его за руку. — А если она заплачет?
— Справишься. Я в тебе не сомневаюсь. — Саша улыбнулся и направился к двери, но вдруг обернулся и, лукаво усмехнувшись, добавил: — А еще ее надо переодеть.
— Са-аш, — прошипела Таня и покачала головой, поражаясь его выходке. Бросил ее на произвол судьбы! Она, конечно, не боялась собственного ребенка, но очень волновалась.
