По тропинке заброшенного шоссе прохладный вечер стучал по стеклам автобуса. Кресла были непривычно пустыми, и только рука женщины с коляской выделялась на фоне остальных пассажиров — чужаки в мире тех, кто знал все друг о друге.
Не выдержав, Саша спустился, чтобы узнать, все ли в порядке. Только хотел постучать в дверь, как та сама открылась, и он увидел полные ужаса глаза Тани. Он понял все без слов и уверенно шагнул внутрь. Девочка лежала на кровати и сипела, с каждой секундой кожа ее приобретала все более синюшный оттенок. Бегло осмотрев ребенка, он распахнул окно настежь, чтобы увеличить количество кислорода. Холодный ветер ворвался в комнату и пробрал до костей, но это не остановило его, Саша принялся раздевать ребенка, освобождая грудную клетку от тесной одежды.
Татьяна впала в ступор. Просто стояла у стены и наблюдала за его действиями. Ноги стали ватным, а душу сковал настоящий ужас. Она видела, как ее дочь медленно умирает, и ничего не могла сделать.
— Спаси ее, — шептала, как мантру. — Сделай что-нибудь…
Она была близка к истерике. Слезы крупными каплями катились по щекам, а тело сотрясала нервная дрожь.
— Что произошло? — громко спросил Саша, но у нее не было ответа. Она не знала, что случилось. Ребенок просто стал задыхаться.
— Что, Таня? — Он повысил голос и, за секунду преодолев расстояние между ними, встряхнул ее за плечи, требуя больше информации. Холодная решимость в его взгляде вселяла надежду, но Татьяна не могла взять себя в руки. Жадно ловила ртом воздух и пыталась ответить, но язык не слушался, никак не получалось ничего сказать, а драгоценное время убегало.
— Помоги… пожалуйста… — заикаясь, выдавила она из себя и разревелась, громко и с надрывом.
— Она ела и подавилась? — Белов предложил первый наиболее подходящий вариант, мысленно выстраивая в голове алгоритм первой помощи.
Таня отрицательно замотала головой.
— Она спала… просто спала…
— Тань, соберись! Мне нужна информация. Любая, — настаивал он. Удерживая ее взгляд, не позволял провалиться в бездну отчаяния. — Что нового происходило? Что-то необычное ела, пила? Все что угодно!
— Она приболела… Кашель, — наконец вспомнила Таня.
— Чем лечила?
— Ничем… ромашкой…
Звучно выругавшись, Саша пулей вылетел за дверь. Аптечка. Шприц. Нужное лекарство. Мозг работал на полную силу. На удивление, проблем с памятью не возникало, он четко знал, сколько и какого препарата нужно ввести, чтобы снять приступ аллергической реакции. Он был уверен в правильности своих действий и не медлил ни секунды. Но как только появился в комнате со шприцом, Таня изменилась в лице.
— Нет, — покачала головой и метнулась к дочери, не подпуская его ближе.
