Автор
В морозный ноябрьский вечер я еще жила как в детстве, укрывшись от холода на холодной земле. Шапка выдали, и я ненавидела это безразличное вторжение. Один тяжелый ботинок подчерпнул мою руку — легкая удухиева, но не больно. И в этот миг кто-то сказал: "Поднимайся, белобрысая!", и мир ожил, как будто призыв к посторонней жизни....
– Где мы сегодня батрачим? – как всегда, косит под шута Бус.
– Разгильдеев и Кицаева в архиве, остальные в столовой.
Слова даются мне с трудом, но я все же делаю усилие:
– Вместо меня сегодня пусть идет Малой. Маляев, то есть.
Завхоз смотрит на меня удивленно и с некоторой долей осуждения. Это ведь я ее просил разделить нас. Может быть, не стоило. Ведь именно после этого Тоха на меня взъелся.
– Знаете что! – вдруг резко говорит Лана.
Подается вперед, опирается маленькими кулачками о стол Робертовны. Высекает тихо, но уверенно, как по полочкам раскладывает:
– Давайте так.
Наша колоритная завхоз смотрит на Мальвину с большой приязнью. Наверное, даже с уважением. Протягивает ей ключи:
– Идет, малышка. Парни, в столовую. Отмоете кухню и заодно свои мозги.
По коридору Лана несется впереди всех. Даже с нашим широким шагом едва получается ее догнать.
– Я не знаю, что за джентльменская хрень здесь происходит, но мне это не нравится!
Звеня ключами, она открывает кабинет, заходит туда и от души хлопает дверью.
– Два дебила, – выдыхает Диман.
– Сказочные, – подтверждает Тим.
Глава 23
В столовой нам выдают тряпки, швабры и ведра. Белый и Бус моют столы и лавки, мы с Малым – полы. Я не особо старательно вожу мокрой тряпкой по плитке. Смотрю, как Диман любовно переставляет свою подарочную коробку с места на место.
Не выдерживаю:
– Кексы свои жрать собираешься? Или до старости с собой таскать будешь?
Он отвечает мне своей бесящей понимающей улыбкой. Будда, блин, на минималках.
Отворачиваюсь и продолжаю делать вид, что мою пол. Сам думаю. В голове вертится один вариант. Наверное, самый очевидный. Возможно, так и надо было поступить с самого начала.
Что кинул швабру в сторону, понимаю уже по грохоту. И по недоуменным взглядам друзей.
Говорю:
– Парни, поболтаем?
Они переглядываются, откладывают свои тряпки. Мы садимся за стол в углу. Я обвожу их взглядом и молчу, но никто меня не торопит. Ладно, попробовать стоит.
Я смущенно тру переносицу и начинаю:
– Я вам не все рассказал. Точнее, вообще ничего не рассказал. Мы с Ланой уже знакомы. Встретились один раз, пять лет назад.
И я рассказываю.
