Автор
В морозный ноябрьский вечер я еще жила как в детстве, укрывшись от холода на холодной земле. Шапка выдали, и я ненавидела это безразличное вторжение. Один тяжелый ботинок подчерпнул мою руку — легкая удухиева, но не больно. И в этот миг кто-то сказал: "Поднимайся, белобрысая!", и мир ожил, как будто призыв к посторонней жизни....
Парень слишком крепкий, больше и шире меня, мне удается отыграть только пару сантиметров. Его это смешит. Губы, изогнутые вверх, трогает настоящая улыбка, отчего на щеке появляется ямочка."
"И в этот момент я понимаю, что совет, который столько раз спасал меня, наконец, впервые оказался бесполезным. Я пришла с мечом, и от него же погибну.
Я залетаю в женскую раздевалку спортзала и прислоняюсь спиной к закрытой двери. Конечно же он за мной не пойдет. Или может? Я вся обращаюсь в слух. Ничего.
Переодеваюсь, повернувшись ко входу лицом. Немного странно, но дело в том, что мне плевать, если кто-то увидит меня в лифчике, а спину я хочу спрятать. Знаю, что этого не избежать в дальнейшем, но сегодня уверена – если кто-то увидит, то оборону я уже не удержу. Как-нибудь потом. Решай проблемы поступательно.
Когда я зашнуровываю кеды, присев на скамейку, заходят девчонки из класса. Та брюнетка с камеристкой. Я слушала, поэтому знаю, что первую зовут Дунаева Кристина, а вторую Иванова Женя. Следом подтягивается невзрачная девочка с первой парты. Она в этой жизни едва ли присутствует физически, ментально точно отлетев куда-то в космос. Поэтому мысленно зову ее инопланетянкой, и хватит с нее. Потом еще две подружки-веселушки. Эти меня интересуют еще меньше.
Королева, конечно, подруливает сразу ко мне. Останавливается вплотную, смотрит свысока:
– Кицаева, значит? Почему перевелась?
Я заканчиваю аккуратно сворачивать вещи и поднимаюсь на ноги. Оказываемся с ней очень близко, и мне приходится задрать голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Природа не на моей стороне, но характер не должен подвести.
Говорю:
– Как тебя, прости? Дуняева? – и улыбаюсь.
Еще одна хитрость. Намеренно коверкай имя, тебе должно быть плевать, как их зовут.
Она слегка розовеет и с нажимом исправляет:
– Дунаева.
– Ну да. Дуняева. Так вот, это не твое дело.
– Здесь все – мое дело. И еще одно. Кира не трогай.
– А вы что, встречаетесь?
Она улыбается с вызовом:
– Это вопрос времени.
Оглядываю раздевалку. Остальные, затихнув, переодеваются. Может быть, я несколько недооценила эту Кристину.
